Щетинин Николай Григорьевич
Щетинин
Николай
Григорьевич
Сержант

История солдата

Мой дед, Щетинин Николай Григорьевич, родился в селе Верхопенье Ивнянского района Белгородской области. Он был младшим сыном в семье из пяти детей. С 20 октября 1941 года по апрель 1943 года район был оккупирован немецко-фашистскими войсками. В июле 1943 года Ивнянская земля стала ареной ожесточенных и кровопролитных боев Курской битвы. Местные жители противостояли завоевателям, сражаясь на территории района в партизанском отряде. В нем воевали и два старших брата моего деда Алексей и Иван Щетинины. Они оба погибли в этих боях, так и не успев обзавестись семьей. Не пережила войну и одна из старших сестер, Марина Щетинина.

С моей бабушкой, Щетининой (Митроновой) Верой Алексеевной, дедушка познакомился уже после войны. Она родилась в Петергофе, детство провела в г. Пушкин. Училась в Ленинграде в институте инженеров коммунального строительства (сейчас СПбГАСУ), позднее окончила курсы топографов. В самом начале войны её семью должны были перевезти в тыл, но вместо эвакуации они попали на территорию оккупированной Эстонии в г. Раквере.

После увольнения в запас в 1951 году  мои будущие дед и бабушка уехали в его родные места. В 1955 году родилась моя мама. Дед с семьей несколько раз переезжал. Долго жили в селе Яковлево. В 1973 году он окончил Шебекинский автодорожный техникум по специальности «техническое обслуживание и ремонт автомобилей», после чего в 1974 окончательно поселился в Белгороде. Бабушка и дедушка всю дальнейшую жизнь работали в ВИОГЕМ-е, крупнейшем в стране исследовательском институте, решающем комплекс задач научного обеспечения горных работ. Бабушка - в научной части -принимала участие в разработке и тестировании цементов для бетонирования штолен. Дед - в экспериментально-производственных мастерских, где проводили испытания и ремонт буровых механизмов и автопарка института. Он был прекрасным механиком. К дедушке обращались за советом по ремонту автомобилей, друзья и коллеги называли его уважительно «Доктор». Он прекрасно играл в шахматы, очень любил животных, природу и просто обожал читать. Щетинин Николай Григорьевич умер 24 января 2000 года, похоронен на Аллее Славы ветеранов Отечественной войны кладбища Ячнево в г. Белгород.

 

Регион Ленинградская область
Воинское звание Сержант
Населенный пункт: Всеволожский район

Боевой путь

Николай Щетинин был призван в возрасте 16 лет в феврале 1944 года. Службу начал стрелком в 453 зенитном артиллерийском полку. С июня 1944 по ноябрь 1945 служил в 54 отдельной зенитной артиллерийской бригаде. Дедушка рассказывал, что его часть была одной из многих охранявших очень важный для Ленинграда аэродром на Ржевке, недалеко от Всеволожска. Видимо, это был аэродром, который до 1976 года носил название «Смольное». Позднее, до декабря 1945 года, дед проходил службу в 111-м отдельном пулеметно-артиллерийском батальоне. Потом был курсантом отдельного учебного артиллерийского батальона, а с июня 1946 служил стрелком и мастером по авиационному вооружению сначала 943-го штурмового Нарвского Краснознаменного ордена Кутузова авиационного полка, а с июля 1947 по март 1951 - 448-го штурмового Нарвского Краснознаменного авиационного полка. В 1951 году был уволен в запас.

Воспоминания

Ковалева Наталия Ивановна, единственная внучка.

Первые воспоминания о дедушке забавные и грустные одновременно. Я была болезненным ребенком. Помню, ночами, когда родители и бабушка уже лежали без сил, он прижимал меня к себе и носил на руках по комнате, расположив на уютном большом животе, при этом распевая песни военных лет. Колыбельных он не знал или не помнил, но полагал, что такие песни ребенку обязательно надо петь, что это важная часть воспитания маленького гражданина большой страны. Дедушка называл себя охотником. Выписывал журналы про охоту, с удовольствием смотрел передачи, посвященные этой теме. Однако я никогда не видела у него ни одного убитого животного или птицы. Зато я помню ружье. Оно лежало высоко на шифоньере, и мне было запрещено даже пальцем к нему прикасаться. Это было просто замечательное ружье: тульской работы с великолепными чеканными накладками. Он очень лю¬бил природу, прогулки по лесу доставляли ему истинное наслаждение. Дед много рассказывал о птицах, об их привычках, о растениях, ягодах и грибах. Я приезжала в Белгород каждое лето на каникулы, и каждое лето в городской квартире деда проживало какое-нибудь животное или птица. Он хотел научить меня любить природу, научить меня, столичного жителя, заботе и ответственности за братьев наших меньших. Каждый раз, когда мы оказывались с дедом в поле или в лесу, он обращал мое внимание на маленьких насекомых, цветы и полевые травы, запахи и звуки. Он учил ребенка, родившегося в городе, видеть естественную красоту мира. Как-то раз вечером бушевала гроза. Дед задержался с работы; мы с бабушкой очень переживали… Он пришел мокрый до ниточки, уставший, держа в руках завернутого в одеяло огромного филина. Птица запуталась в ветках грецкого ореха, который дед выращивал на даче, и, видимо, повредила крыло. Филин отказывался принимать пищу, и сначала дед кормил его кусочками мяса насильно. Со временем птица освоилась и привыкла. Мы кормили филина с рук, и позволяли свободно передвигаться по нашему жилищу. Филя, так мы назвали этого ночного хищника, поселился в прихожей на вешалке, пугая уханьем и горящими в темноте глазами приходящих к нам домой посетителей… Когда он поправился и окреп, мы его отпустили. Филя не хотел улетать, он долго сидел на крыше дачного домика. Позднее осенью, когда я уже уехала в Ленинград, филин прилетал навестить дедушку, но не один, а с подругой. В течение получаса птицы сидели на злополучном орешнике, а потом, сделав круг над дачным участком, улетели в лес. В дедушкиной квартире в разное время жили ежи, ласточки, сороки, голуби, ящерицы….. Всем им была оказана помощь, все они были отпущены на волю. Дедушка на даче разводил кроликов и пчел. Эта увлечение сопровождало его всю жизнь. Моя мама вспоминает, что он всегда был заядлым кролиководом. Я пчел не застала, но кроликов помню очень хорошо. Я старалась помогать деду, хотя очень боялась взрослых кролей. Дедушка часто привозил в городскую квартиру беременных крольчих и маленьких крольчат, опасаясь оставлять их на даче в сарае. Моей обязанностью было следить за временными переселенцами. Помню, приготовление корма для кролей было целым ритуалом. Дед сам готовил «кашу для живности»: на газовую плиту ставилась огромная кастрюля и дедушка, как заправский средневековый алхимик, начинал бросать в воду крупы и кормовые добавки. Самой ответственной частью было добавление в уже готовую кашу витаминов, которые он предварительно взвешивал на аптекарских весах. Для меня это было настоящим магическим действом, а сами весы и набор гирек к ним – волшебными артефактами, с которыми я очень любила играть.Дедушка был отличным механиком и изобретателем. На даче и в городской квартире он старался использовать как можно больше приспособлений, облегчающих труд и помогающих в хозяйстве. Он придумал и соорудил систему поливальных механизмов, которой завидовали все соседи. На дверях городской квартиры была сооружена система затворов-засовов – металлических штырей, входивших в стены на двадцать сантиметров, и приводящихся в движение самодельным ключом. Кстати, ключи, механические засовы и замки для гаражей заказывали у дедушки многие его друзья и знакомые. Я всегда хвасталась перед подругами входной дверью в нашу квартиру: когда мы ее открывали, загоралась лампочка, как в холодильнике. Машины у дедушки не было, он предпочитал чинить автомобили, а не кататься на них, зато был мотоцикл с люлькой - еще один предмет зависти друзей во дворе. На нем мы совершали рейды по соседним с дачей лесам и полям. Дед очень любил бокс, слушать Людмилу Зыкину и смотреть по выходным передачу «Играй, гармонь». На даче с ним всегда был рядом радиоприемник «Альпинист», который дедушка всякий раз при отъезде заботливо прятал «на потолок» в специальный тайник. Он был садоводом - экспериментатором: кто бы догадался сажать бахчевые под молодыми соснами, чтобы плети «ползли» вверх по стволам, а кабачки и тыковки уютно располагались рядами на хвойных лапах? Или, например, прививать на огромную яблоню-дичку культурные сорта и даже груши. Он первый среди наших соседей в садоводстве попробовал выращивать арбузы и дыни в парниках; мечтал завести индо-уток. Мой дедушка очень любил читать. Я помню стопки «Роман-газет» рядом с его кроватью, помню, как он радовался новому номеру «Приусадебного хозяйства» или газеты «Труд». В его рабочем, огромном тогда для меня портфеле, всегда лежала книга или журнал. А еще я каждый раз находила в нем свежие яблоки, печеные груши или «лисичкин хлеб». Последний раз он приезжал к нам в гости, когда я уже была студенткой Истфака СПБГУ. Мы много спорили; дед был очень осведомленным человеком в области истории, географии и невероятно интересным собеседником.

Награды

Единственное фото дедушки с наградами.
Единственное фото дедушки с наградами.

Фотографии

Автор страницы солдата

Страницу солдата ведёт:
Страницу солдата ведет: Ковалева Наталия Ивановна, единственная внучка.