Иван
Артемович
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
Одним из первых рапорт о готовности к приему раненых подал госпиталь № 2135 (санаторий им. М. Тореза), который в ходе войны стал единым сортировочным для всей госпитальной базы.
📖Хирургическую службу в госпитале возглавляли доктора медицинских наук И.А. Агеенко и В.К. Красовитов. Вместе с ними несли службу 16 врачей и 70 медсестер. Эти и другие факты нашли отражение в книге сочинского историка С.А. Артюхова, при написании которой он использовал архивные материалы Санкт-Петербурга, Краснодара и Сочи.
💉Профессор И. А. Агеенко, заведующий кафедрой факультетской хирургии (с 1957), в годы Великой Отечественной Войны с 1941 г. – ведущий хирург эвакогоспиталя 2135 в г. Сочи, а с 1942 г. главный хирург Сочинской базы эвакогоспиталей. В эти годы, работая сутками в операционных, Иван Артемович не оставлял научной деятельности.
☑️На основании фронтового опыта во время ВОВ им разработаны методики по военно-полевой хирургии и изданы статьи: «Лечение длительно незаживающих ран» (1942), «Лечение огнестрельных ранений сосудов» (1943), «Принципы лечения огнестрельных ранений крупных нервов в условиях эвакогоспиталя» (1943) и другие, внедренные в практику во многих госпиталях страны. В работе И. А. Агеенко был случай, когда он извлек из груди раненого десантника малоземельца неразорвавшуюся 50-миллиметровую мину.
🎖Награды: орден «Красной Звезды», медали «За оборону Кавказа», «За Победу над Германией».
Боевой путь
Воспоминания
Госпиталь 2135, г. Сочи
Хирургическую службу в этом госпитале возглавлял знаменитый краснодарский врач — доктор медицинских наук Иван Агеенко. Оперировал он отлично, успевал еще при этом работать и над пособиями по практической хирургии. И отнести к людям робкого десятка его было нельзя: не раз ездил из Сочи на фронт, под Туапсе, консультировал врачей из санитарных батальонов. А однажды Ивану Артемовичу пришлось продемонстрировать собственную отвагу прямо в своей операционной.
В начале 1943 года в эвакогоспиталь доставили с фронта здоровенного моряка, грудь которого была туго забинтована. Осколочное ранение. Бойца направили на рентген, и Иван Агенко пришел взглянуть, что же за осколок засел у него в груди.
— Вот он, под ключицей,— сказал рентгенолог. — Погодите-ка, доктор, да осколок ли это?
— Что-то больно у него аккуратные края,— протянул хирург.
— Мина! — враз вырвалось у обоих.
Действительно, это была 50-миллиметровая мина. Пробив плечо, она притаилась возле самого сердца. И могла взорваться в любую минуту.
Немедленно позвали минера, попросили о помощи. Тот неожиданно взмолился.
— Если бы из земли, то я бы в два счета достал. А из груди, нет, увольте, не смогу. Всё расскажу и поясню, а вот оперировать, нет, не сумею. У меня никогда таких случаев не было…
— Так ведь и у меня ничего подобного не случалось,— сказал хирург и подумал, что, вполне возможно, такого и в мировой-то практике не сыскать.
Потом была операция. Перед ее началом из всех палат корпуса на всякий случай удалили раненых. В помощь себе Иван Артемович взял только одну медсестру, тоже оказавшуюся отважным человеком. Около получаса весь госпиталь провел в тревожном ожидании. Наконец из операционной вышел хирург и плавно опустил мину в ящик с песком. Специалисты-минеры ее тотчас обезвредили.
Моряк вскоре поправился. Разумеется, все соседи по палате его с тех пор называли не иначе как Миноносцем. Когда об этом прозвище сообщили доктору Ивану Агеенко, он долго и раскатисто хохотал.
