Всю войну Николай находился на передовой.
Первое ранение было в ногу, в пятку. Пролежал в госпитале 6 месяцев - подлечился и опять ушел на фронт.
Второе ранение: в бедро и в половинку. В бедре железка осталась – шарнир, постоянно двигающийся в тканях тела.
Когда Николай лежал раненый второй раз, на поле боя, было очень страшно, но он терпел и не подавал голоса, укрывшись плащ-палаткой, чтобы не услышали немцы, ходившие по полю и добивавшие раненых наших солдат. Пошел снег, а он все ждал, когда придут наши ребята и подберут раненых. Кто стонал и кричал от боли - тех уже убили, а к нему тоже подходили, он весь в крови лежал не шевелясь, чтобы меньше ушло крови и, собрав всю силу воли, вытерпел, когда его пинали сапогами немцы. Этим и спас себе жизнь. Уже ближе к ночи пришли наши, и перевезли его в госпиталь.
Был ранен в бок и комиссован по ранению, приехал в колхоз. В селе жизнь была тяжелая, но он все время работал на тракторе. Ранения болели. Одно легкое не работало. Была инвалидность, но надо было жить и растить детей, а следовательно - работать.
Осколки ходили и все тело было наболевшее и «нарватое», воспаленное. Ездил в больницу, жаловался, что все болит. Врачи ничем не помогали. Однажды придя с работы, не вытерпел боли, сказал, мне, чтобы взяла нож и разрезала или просто выдавила этот осколок. Обработав руки одеколоном, обработав ему место ранения, села на спину ему и нажала на половинку – пошла сукровица. Надавила что есть силы и вместе с кровью и отмершими тканями выскочил четырехугольный острый осколок. Муж вздохнул - ему сразу стало легче. Обработала рану марганцовкой, присыпала стрептоцидом и перевязала. Почти через неделю рана затянулась, и Н.Г со смехом вспоминал об «операции».