Лобков Василий Владимирович
Лобков
Василий
Владимирович
Лейтенант. / Командир 1 батареи 1 артиллерийского дивизиона 340 лёгкого артиллерийского полка, 172 стрелковой дивизии, 61 стрелкового корпуса, 13 Армии, Западного фронта (07.1941).
Дата рождения: 25.12.1918

История солдата

Награды.

Ордена:  “КРАСНОГО ЗНАМЕНИ” (08.1941), “ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ” 2 СТЕПЕНИ (04.1985).

Медаль "ЗА ПОБЕДУ НАД ГЕРМАНИЕЙ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ 1941 - 1945 ГГ.".

Звание.

Лейтенант.

Должность.

Командир 1 батареи 1 артиллерийского дивизиона 340 лёгкого артиллерийского полка, 172 стрелковой дивизии, 61 стрелкового корпуса, 13 Армии, Западного фронта (07.1941).

                   Лейтенант ЛОБКОВ ВАСИЛИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ, 25.12.1918 года рождения, место рождения - РСФСР, Тамбовская губерния, Тамбовский уезд, Ивановская волость, деревня Каменные Озерки (по административному делению: 1. СССР: Тамбовская область, Рассказовский район, Ивановский сельский совет, деревня Каменные Озерки; 2. РОССИИ: Тамбовская область, Рассказовский муниципальный район, Новгородовский сельский совет, деревня Каменные Озерки). В РККА призван 08.1937 года. Образование (военное): Военное артиллерийское училище. В Великой Отечественной войне с 8.07.1941 года в должности (последняя): Командира 1 батареи 1 артиллерийского дивизиона 340 лёгкого артиллерийского полка, 172 стрелковой дивизии, 61 стрелкового корпуса, 13 Армии, Западного фронта. Пленён в районе г. Могилёв, Могилёвского района, Могилёвской области, Белорусской ССР, 26.07.1941 года. В плену: 1. Stalag XIII А г. Зульцбах (Sulzbach), военный округ XIII – Нюрнберг (Nürnberg), Бавария (Bayern), Третий Рейх (Das Dritte Reich); в. н. вр.: г. Зульцбах-Розенберг (Sulzbach-Rosenberg), район Амберг - Зульцбах (Amberg-Sulzbach), административный округ Верхний Пфальц (Oberpfalz), федеральная земля Бавария (Вayern), ФРГ (Bundesrepublik Deutschland); 2. Oflag 62 (XIII D)  Хаммельбург (Hammelburg), военный округ XIII – Нюрнберг (Nürnberg), Бавария (Bayern), Третий Рейх (Das Dritte Reich); в н. вр.: г.  Хаммельбург (Hammelburg), район Бад-Киссинген (Bad Kissingen), административный округ Нижняя Франкония (Unterfranken), федеральная земля Бавария (Bayern), ФРГ (Bundesrepublik Deutschland ), лагерный №5604. Освобождён, репатриирован. Прошёл специальную проверку контрразведки “СМЕРШ” в ? запасном стрелковом полку, ? запасной стрелковой дивизии. Вернулся с Великой Отечественной войны. Уволен в запас: 23.11.1945 года. Награды: 1. Ордена: “КРАСНОГО ЗНАМЕНИ” (08.1941), “ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ” 2 СТЕПЕНИ (04.1985); 2. Медаль "ЗА ПОБЕДУ НАД ГЕРМАНИЕЙ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ 1941 - 1945 ГГ.". Послевоенная судьба: неизвестна. Родственники: РСФСР, Тульская область, Плавский район, г. Плавск, жена - Лобкова Валентина Ивановна.

Данные из УПК (учётно - послужной карты, портал "ПАМЯТЬ НАРОДА 1941 - 1945").

Дата рождения 25.12.1918

Место рождения Тульская обл., Плавский р-н; Тамбовская обл., Рассказовский р-н, Ивановский с/с, д. Каменные Озерки

Место призыва Балашихинский РВК, Московская обл., Балашихинский р-н

Дата призыва 08.08.1937

Воинское звание мл. лейтенант; лейтенант

Воинская часть 2 А 172 сд 340 ла. полк
                               340 артиллерийский полк 172 стрелковой дивизии
                               172 стрелковая дивизия
                               340 артиллерийский полк

Награды Орден Красного Знамени

 

Учётно - послужная картотека.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: 25.12.1918

Место рождения: Тамбовская обл., Рассказовский р-н, Ивановский с/с, д. Каменные Озерки

Дата поступления на службу: 08.08.1937

Воинское звание: лейтенант

Наименование воинской части: 340 ап

Дата окончания службы: 23.11.1945

 

Записи из ГУК.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: 25.12.1918

Место рождения: Тамбовская область Рассказовский район Ивановский сельский совет деревня Каменные Озерки

Наименование военкомата: Балашихинский РВК Московская область

Дата призыва: 08.08.1937

Воинское звание: лейтенант

 

Донесение о безвозвратных потерях.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: __.__.1918

Место рождения: Тамбовская обл., Рассказовский р-н, д. Кам. Озерки

Воинское звание: мл. лейтенант

Последнее место службы: ЗапФ 340 ап 172 сд

Дата выбытия: Между __.10.1941 и __.12.1941

Причина выбытия: пропал без вести

Место выбытия: Смоленская обл.

 

Приказ об исключении из списков.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: __.__.1918

Воинское звание: мл. лейтенант

Последнее место службы: 340 ап 172 сд

Дата выбытия: __.12.1941

Причина выбытия: пропал без вести

 

Документ, уточняющий потери.

Лобков Виктор Владимирович

Воинское звание: лейтенант

Дата выбытия: 12.08.1943

Причина выбытия: убит

 

Документ о военнопленных.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: 25.12.1918

Место рождения: Каменные Озерки

Воинское звание: лейтенант

Последнее место службы: 340 ап

Судьба: попал в плен

Место пленения: Могилев

Лагерь: офлаг XIII D (62)

Лагерный номер: 5604

Дата пленения: 26.07.1941

 

Документ в учётной картотеке.

Лобков Василий Владимирович

Дата рождения: __.__.1918

Место рождения: Тамбовская обл., Рассказовский р-н, д. Каменные Озерки

Последнее место службы: 2 А 172 сд 340 ла. полк

Дата выбытия: 28.07.1941

Причина выбытия: попал в плен (освобожден)

Лобков Василий Владимирович

Воинское звание: мл. лейтенант

Причина выбытия: жив

 

Картотека награждений.

Лобков Василий Владимирович 

Орден Красного Знамени 09.08.1941

Дата рождения: __.__.1918

Место рождения: Тамбовская обл., Рассказовский р-н, д. Каменны Озерки

Место призыва: Балашихинский РВК, Московская обл., Балашихинский р-н

Дата поступления на службу: __.__.1937

Воинское звание: лейтенант

 

Лобков Василий Владимирович

Документ в юбилейной картотеке

Дата рождения: __.__.1918

Место рождения: Ростовская обл., Рассказский р-н, д. Каменные Озерки

Наименование награды: Орден Отечественной войны II степени

Номер документа: 73

Дата документа: 06.04.1985

Автор документа: Министр обороны СССР

 

Приложение:

1. 340 лёгкий артиллерийский полк; 172 стрелковая Павлоградская Краснознамённая ордена Суворова дивизия ("ВИКИПЕДИЯ": https://clck.ru/NvsGe ; Газета “Плавская новь”, 01.1992 г.: 340 лёгкий артиллерийский полк: https://clck.ru/omFjh ; “ВИКИПЕДИЯ”: https://clck.ru/MkH2d ); “Туляки в боях за Отечество”, автор Лепехин Александр ("KNIGA ONLINE": https://clck.ru/p2P5m): 

- 340 лёгкий артиллерийский полк:

               “История. …. “1-й дивизион 340-го артиллерийского полка открыл заградительный огонь. Несколько танков загорелось, но остальные безудержно продолжали катиться вперед . 3-я батарея лейтенанта Патлаха из 122-мм гаубиц с закрытых позиций открыла огонь, подбив 3 танка и несколько бронетранспортеров. Как только появлялись цели, артиллеристы тут же накрывали их серией разрывов. Четыре гаубицы батареи давали 32 разрыва снарядов в минуту и успешно поражали цели. В первых боях снарядов не жалели и расходовали значительно больше положенного. Появились потери и у наших артиллеристов. В первый день боя прямым попаданием снаряда в своем блиндаже был убит командир батареи лейтенант Патлах.”;

В Действующей Армии: 02.07.1941 — 19.09.1941.

Командование.

Управление.

Командир: МАЗАЛОВ ИВАН СЕРГЕЕВИЧ (25.09.1900, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Курская губерния, Тимский уезд, Рогозецкая волость, село Грязное -  07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, Могилёвский район, пропал, без вести), полковник. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: https://www.moypolk.ru/soldier/mazalov-ivan-sergeevich ;

Начальник штаба: АНТОНЕВИЧ ПЁТР СЕРГЕЕВИЧ (27.09.1909, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Могилёвская губерния, губернский город Могилёв - 07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, Могилёвский район, пропал, без вести), капитан. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: https://www.moypolk.ru/soldier/antonevich-petr-sergeevich ;

 

- 172 стрелковая дивизия:

                   "История. Сформирована в 1939 году на базе 84-й стрелковой дивизии и дислоцировалась недалеко от Тулы в городе Сталиногорске. В Сталиногорске находились штаб дивизии (управление), 747-й стрелковый полк, 341-й отдельный зенитный дивизион, 222-й батальон связи и 340-й лёгкий артиллерийский полк. В Богородицке стоял 493-й гаубичный артиллерийский полк, в Ефремове — 388-й стрелковый полк, а в Белёве — 514-й стрелковый полк.

Дивизия укомплектована из жителей Тульской области и частично Московской, кроме того в дивизию прибыла группа военнослужащих из Белоруссии и Горьковской области. Командиром назначен полковник Я. Г. Крейзер. Тульский областной комитет партии помог в устройстве частей дивизии.

Вскоре 172-я дивизия была направлена на финский фронт, где получила первое боевое крещение. После финской войны дивизия вернулась в прежние пункты дислокации. 14 марта 1941 года командиром дивизии назначен генерал-майор М. Т. Романов.

Незадолго до начала Великой Отечественной войны дивизия выехала в Тесницкие лагеря под Тулой для летней учёбы. С началом войны в дивизию также были направлены шахтёры и химики Сталиногорска, Богородицка и других районов Тульской области, не имевшие брони.

Приказом командующего Западным фронтом от 7 июля 172-я стрелковая дивизия была включена в 61-й стрелковый корпус генерала Ф. А. Бакунина в составе 13-й армии. Направлена в Могилёв.

26 июня первый эшелон дивизии отбыл на запад. В период с 28 июня по 3 июля части дивизии сосредоточивались в районе Могилёва и организовывали оборонительные сооружения: полевые сооружения, окопы, ходы сообщения и т. д. В земляных работах также принимали жители Могилёва.

8 июля передовые части немецкого 46-го моторизованного корпуса подошли к Могилёву и после бомбардировки люфтваффе атаковали передний край дивизии на стыке 514-го и 388-го стрелковых полков. Вклинившись в оборону дивизии, немецкие части потеряли не менее 40 танков, в связи с чем они прекратили фронтальные удары и вышли севернее Шклова и у Быхова с целью танкового прорыва по сходящимся направлениям для обхода и окружения узла сопротивления у Могилёва.

С южного участка фронта в район Могилёва выдвинулась 3-я танковая дивизия. Успешно форсировав Днепр на участках 53-й и 187-й стрелковых дивизий, передовые части 10-й моторизованной дивизии попытались выйти к северу от Луполово, чтобы выйти в тыл защитникам Могилёва. Но эта попытка не удалась из-за активной обороны частей 172-й стрелковой дивизии. С наступлением темноты отряд 747-го стрелкового полка (начальник штаба полка майор Г. И. Златоустовский) внезапно атаковал на Сидоровичи и Слободку, отбросив немецкие части. По советским данным, потери противника составили 30 автомашин, орудия и автомобили.

Отряд майора Г. И. Златоустовского закрепился и несколько дней сдерживал попытки противника прорваться в район Луполово. В состав отряда входили курсанты полковой школы, которые отражали танковые атаки бутылками с горючей смесью. Огневую поддержку им оказывала полковая артиллерийская батарея капитана И. О. Трофимова. Только к 25 июля противник потеснил части 172-й стрелковой дивизии к окраинам Могилёва, и овладев Луполово, отрезал дивизию от основных сил 61-го стрелкового корпуса, которые к тому времени находились в окружении северо-восточнее Могилёва. 26 июля на восточный берег Днепра прорвались немногочисленные подразделения 388-го стрелкового полка, а в обратном направлении, в район боевых действий основных сил корпуса вышли несколько подразделений 514-го и 747-го стрелковых и небольшие группы артиллерийских полков.

В течение трёх недель 172-я стрелковая дивизия и другие соединения 13-й армии обороняли Могилёв, сковав не менее 4-х пехотных дивизий противника. В этих боях особенно отличился 388-й стрелковый полк под командованием полковника С. Ф. Кутепова. 20 июля 1941 года в газете «Известия» был напечатан очерк военного корреспондента К. Симонова «Горячий день» о бое на Буйничском поле, в ходе которого 388-й стрелковый полк С. Ф. Кутепова за один день подбил 39 танков противника.

В ночь на 27 июля остатки дивизии прорвались из окружения и, следуя с боями по территории, занятой противником, вышли в район Смоленска. При выходе из окружения был тяжело ранен руководитель обороны города Могилева генерал М. Т. Романов. Его укрыл и некоторое время лечил колхозник деревни Барсуки М. Ф. Асмоловский. Однако вскоре генерал был схвачен и доставлен в Луполовский лагерь смерти. После неудачной попытки побега, М. Т. Романов был отправлен в концлагерь Хаммельбург. Погиб в концлагере Хаммельбург 3 декабря 1941.

В боях в районе Могилёва погибли командиры артиллерийских полков 172-й дивизии полковники И. С. Мазалов и И. Ф. Живолуп. Дивизия расформирована 19 сентября 1941 года.";

В Действующей Армии: 02.07.1941 — 19.09.1941.

Командование.

Управление.

Командир: РОМАНОВ МИХАИЛ ТИМОФЕЕВИЧ (3.11.1891, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Нижегородская губерния, губернский город Нижний Новгород - 3.12.1941, Oflag 62 (XIII D) Hammelburg, военный округ XIII – Нюрнберг (Nürnberg), Бавария (Bayern), Третий Рейх (Das Dritte Reich), погиб в плену), генерал-майор. Период командования: 14.03.1941 — 19.09.1941. Личные страницы: 1. "ПАМЯТЬ НАРОДА 1941 - 1945": https://goo.su/GLjlr ; 2. “ВИКИПЕДИЯ”: https://goo.su/HgRJc49 ;

 

Состав:

388-й стрелковый полк. 

Командир: Кутепов С. Ф, полковник(уточн. поисковика Геннадия Чернакова: КУТЕПОВ СЕМЁН ФЁДОРОВИЧ (19.05.1896, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Тульская губерния, Богородицкий уезд, Куракинская волость, деревня Большие Калмыки - 07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, город Могилёв, пропал, без вести), полковник. Личные страницы на порталах: 1. “ПАМЯТЬ НАРОДА 1941 - 1945”: https://goo.su/bS7rWaY ; 2. “ВИКИПЕДИЯ”: https://goo.su/EDcWE ;

3-й стрелковый батальон. Командир:  Гаврюшин Дмитрий Степанович (12.11.1905 - 07.05.1953 г.), капитан (уточн. поисковика Геннадия Чернакова: ГАВРЮШИН ДМИТРИЙ СТЕПАНОВИЧ (12.11.1905, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Московская губерния, губернский город Москва - 24.12.1945, уволен, в запас), капитан. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: подготовка к публикации.

514-й стрелковый полк. 

Командир: Бонич С. А., подполковник (уточн. поисковика Геннадия Чернакова: БОНИЧ СЕРГЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ (25.01.1903, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Иркутская губерния, Нижнеудинский уезд, уездный город Нижнеудинск - 07.1941, пленён, военная судьба неизвестна), майор. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: подготовка к публикации.

747-й стрелковый полк. 

Командир: Щеглов А. В., подполковник (уточн. поисковика Геннадия Чернакова: ЩЕГЛОВ АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВИЧ (3.09.1884, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Рязанская губерния, Сапожской уезд, Канинская волость, деревня Варваровка - 30.08.1946, уволен, в отставку), подполковник (полковник). Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: подготовка к публикации.

Начальник штаба: ЗЛАТОУСТОВСКИЙ ГЕННАДИЙ ИВАНОВИЧ (2.09.1903, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Костромская губерния, Ветлужский уезд, Николо-Шангская волость, волостной центр село Николо-Шанга - 07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, город Могилёв, пропал, без вести), майор. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: подготовка к публикации.

340-й лёгкий артиллерийский полк. 

Командир: Мазалов Иван Сергеевич, полковник (уточн. поисковика Геннадия Чернакова: МАЗАЛОВ ИВАН СЕРГЕЕВИЧ (25.09.1900, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Курская губерния, Тимский уезд, Рогозецкая волость, село Грязное -  07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, Могилёвский район, без вести), полковник. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: https://www.moypolk.ru/soldier/mazalov-ivan-sergeevich ;

493-й гаубичный артиллерийский полк. Командир: Живолуп И. Ф., полковник (уточн. поисковика Геннадия Чернакова: ЖИВОЛУП ИВАН ФЁДОРОВИЧ (1897, РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ, Саратовская губерния, Новоузенский уезд, Иловатская волость, село Савинка - 07.1941, Белорусская ССР, Могилёвская область, город Могилёв, погиб, в бою), полковник. Личная страница на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”: подготовка к публикации.

174-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион.

341-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион.

157-й разведывательный батальон.

222-й отдельный батальон связи.

275-й сапёрный батальон.

224-й медико-санитарный батальон.

7-я отдельная рота химзащиты.

227-й автотранспортный батальон.

298-й полевой хлебзавод.

106-я полевая почтовая станция.

369-я полевая касса Госбанка.

2. Лейтенант ЛОБКОВ В. В. в:

- "Списке военнослужащих 172 стрелковой дивизии, увековеченных на портале “БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК”. Полная версия, с дополнениями, на личной странице капитана АНТОНЕВИЧА П. С. на портале "БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК": https://www.moypolk.ru/soldier/antonevich-petr-sergeevich ;   

3. Офлаг XIII D (62); ("ВИКИПЕДИЯ": https://clck.ru/Q7fKN ); "КНИГА ПАМЯТИ УМЕРШИХ СОВЕТСКИХ ВОЕННОПЛЕННЫХ", кладбище г. Хаммельбург, район Бад-Киссинген, административный округ Нижняя Франкония, федеральная земля Бавария, ФРГ ( https://clck.ru/Wt2su ); "Список всех шталагов, офлагов и дулагов на территории Рейха и оккупированных Германией стран" ("Благотворительный Фонд развития культуры": https://www.rigacv.lv/salaspils/spisok_lagerei ); "Немецкие лагеря военнопленных во время Второй мировой войны" (Исследовательская работа: Alexander Gfüllner, Aleksander Rostocki, Werner Schwarz; СОЛДАТ.RU: https://www.soldat.ru/force/germany/camp.html/ );

4. Фотографии:

- личные лейтенанта ЛОБКОВА В. В. ("ПАМЯТЬ НАРОДА 1941 - 1945": https://clck.ru/pjDbZ);

- 45-мм противотанковой пушки образца 1937 года (53-К), материальной части 340 лёгкого артиллерийского полка:  https://clck.ru/pXNz9

- 122-мм гаубицы образца 1938 года (М-30), материальной части 340 лёгкого артиллерийского полка ("ВОЕННЫЙ АЛЬБОМ": https://waralbum.ru/387019/ ; Информация о фото: место съемки Австрия, время съемки апрель 1945, автор Ольга Ландер) :

авторское описание: “Расчет советской 122-мм гаубицы М-30 ведет огонь по немецким позициям на подступах к Вене.”;

- немецких танков (3) подбитых на “Буйничском поле” (Газета “Плавская новь”, 01.1992 г.: 340 лёгкий артиллерийский полк: https://clck.ru/omFjh); 

- Мемориального комплекса “Буйничское поле” (https://clck.ru/okZon ; https://clck.ru/okbUB );

5. Младший лейтенант ТЕМКИН МОИСЕЙ БЕНЬЯМИНОВИЧ (1917 -2006); "Воспоминания узника нацистских концентрационных лагерей" (прим.: избежавший расстрела в т.ч. в офлаге XIII D (62), на полигоне Хебертсхаузен ( http://militera.lib.ru/memo/russian/tyomkin_mv01/text.html ); О полигоне Хебертсхаузен рассказывает следующее:

               "Несколько дней нам не давали ни есть, ни даже пить, как вдруг 22-го ноября, камеру открыли и нас выгнали в коридор, где стали строить и выводить во двор тюрьмы. Раскрыли также остальные камеры, и вывели всех во двор. В мыслях пронеслось: вот и конец, сейчас поведут на расстрел.
          Когда мы выстроились во дворе, гестаповцы несколько раз всех пересчитали: колонна оказалась приблизительно около 200 человек. Затем открыли ворота, вывели нас на улицу и повели под усиленным конвоем эсэсовцев с овчарками.
          Впереди нас двигалась красивая белая лошадь, с повозкой, нагруженной с верхом. Повозка была покрыта красивым черным покрывалом. Наблюдая такую картину, когда впереди колонны идет груженая повозка с красивой лошадью, мелькнула мысль: «А вдруг нас ведут не на расстрел?». Что может быть на повозке? «Голодной куме — хлеб на уме» — гласит пословица; так и мы, голодные, подумали, что, вероятно, на повозке хлеб и нас отправляют куда-нибудь в другую тюрьму. Зачем же нас ведут через весь город — расстрелять могли ведь и в той тюрьме, где мы были раньше.
          Нас привели на товарную станцию. На путях стояли два пульмана, а рядом, сопровождавшая нас лошадь с повозкой. Гестаповцы стали кричать: «Рундэ!» — раздевайся по-немецки, но мы не понимали, что при этом надо делать. Мы сняли сначала шинели, у кого они были, потом гимнастерки, а гестаповцы все кричали: «Рундэ!». Мы сняли ботинки, сапоги. После этого гестаповцы стащили покрывало с повозки и начали бросать нам деревянные колодки и рваные шинели образца старой русской армии.
          По пять человек, как стояли в строю, стали каждого друг к другу прикреплять, связывая цепями руки. В отверстия цепей вставляли маленькие замочки и закрывали их; пятерку заводили в вагон и ставили к стене. Руки так крепко были стянуты цепью, что стоило первому повернуться, пятый кричал: «Караул!». Цепи въедались в тело. В углу вагона стояла посудина для параши. Когда заполнили, таким образом, вагон до отказа, двери закрыли наглухо на замок. И нас повезли в неизвестном направлении.
           Кое-как, немного успокоившись, мы расположились на полу вагона, вернее сели и старались не двигаться, ибо каждое малейшее движение доставляло неимоверную боль от цепей. Везли нас всю ночь, никто не мог сомкнуть глаз.
           Когда двери вагона открыли — было утро, времени мы не знали. Зашли гестаповцы, эсэсовцы, сняли цепи с рук и стали выталкивать нас из вагона винтовками, прикладами. Около вагона стояли грузовые автомашины, крытые брезентом, и нас прикладами эсэсовцы начали загонять в них. Машины битком утрамбовали пленными, а эсэсовцы, стоя на подножках, всю дорогу продолжали бить нас прикладами.
         Привезли нас на широкий двор, с одной стороны которого большие железные ворота. Напротив ворот — высокая длинная каменная стена, вся забрызганная кровью. С обеих сторон двора — насыпь высотой 3-4 метра, на ней стоят эсэсовцы с винтовками и пулеметами.
          Во дворе также много эсэсовцев и гестаповцев в военной и гражданской одежде, в шубах — было очень холодно, мороз. Прохаживались какие-то люди в белых халатах и длинных черных рукавицах.
           Гестаповцы через переводчика дали команду всем раздеться догола и построиться по пять человек в ряд. Все разделись и голые стали по пять человек в ряд, лицом к воротам. Эсэсовцы и гестаповцы в гражданской одежде подходили к каждому, спрашивали его фамилию, что-то отмечали в списке и отправляли большинство становиться к воротам также по пять человек в ряд, а некоторых — отправляли стоять к стене в одну шеренгу, лицом к воротам.
           Я стоял приблизительно посередине строя и ждал своей очереди. Я всегда старался становиться посередине, чтобы успеть осмотреться. То, что здесь будут расстреливать, всем было ясно. Мозг работал напряженно. Большинство пленных ставили к воротам, небольшое количество — отправляли к стене. Логично было думать, что вероятнее всего, будут расстреливать тех, которых направляют к стене, т.к. их было меньшинство.
            Невозможно было предположить, что будут расстреливать большинство пленных, находящихся у ворот. И вот я стал обдумывать возможность, когда подойдет мой черед, как-то перебежать и стать в строй к воротам, что конечно, было неосуществимо. Но мне так хотелось.
            Подошла моя очередь, меня покрутили вокруг, что-то отметили в списке и направили — к стене. Стоял я голый, дрожа от холода и страха, посматривал по сторонам и все думал, думал.
            Эсэсовцы, которые находились на насыпи, показывали нам пальцами вверх и говорили: «Ин гимель! — В небеса!».
            Потом еще нескольких человек поставили рядом со мной, и один из гестаповцев дал команду: «Гинуг! — Хватит!». Нам всем, кто стоял у стены, приказали собрать со двора разбросанную одежду, свалить ее в машину, и самим сесть туда же. Мы забросили одежду, голые сели в машину и поехали. Везли недолго, и машина остановилась около какого-то барака. Нас прикладами вытолкали из автомобиля и завели в какое-то машинное отделение. Здесь было жарко. Мы стояли промерзшие и отогревались, не понимая, что же с нами в машинном отделении будут делать, какую казнь нам фашисты придумали. Нас было 23 человека, отобранных из всей партии — около 200 человек, которых привезли из Хаммельбурга. В машинном отделении перед нами стоял молодой эсэсовец и какой-то человек в полосатой одежде с овчаркой. В дверях стоял еще один человек в такой же одежде и тоже наблюдал за нами. Спустя некоторое время эсэсовец приказал: «Юдэ, хенде хох! — Евреи, поднимите руки!»
         После того, как гестапо меня арестовало и установило, что я — еврей, я перестал это скрывать, так как был совершенно уверен, что среди нас есть еще пленные, подобные мне, и поднял руку.
          Но оказалось, что руку поднял только я один. Эсэсовец очень удивился и спросил: «Юдэ, как ты сюда попал?». Я остолбенел: в чем же дело, здесь какая-то ошибка?! И главное, я совершил эту большую непоправимую ошибку именно сейчас, только что. Но дело было уже сделано. Как потом оказалось, я сюда попал совершенно случайно — гестаповцы, видимо, в спешке что-то перепутали, когда меня определили в эту группу — сюда отбирали только русских..."; 

6. Информация о плене: 

- Oflag 62 (XIII D) Hammelburg  ("АВИАЦИЯ СГВ": http://www.sgvavia.ru/forum/807-614-1 ):

           Один из крупнейших лагерей для пленных офицеров , находился на территории военного городка, построенного еще до Первой Мировой войны. В центре городка полтора десятка двухэтажных кирпичных казарм, в которых проживали пленные. Количество их все время увеличивалось. Поэтому пришлось выстроить настоящие улицы из "стандартных деревянных, в основном трехкомнатных бараков. В Хаммельбурге, как и в других офлагах, были бани, обычные армейские уборные, прачечная, раз в неделю работали парикмахеры"
За время Великой Отечественной войны в лагере было зарегистрировано более 18000 советских офицеров.

Известные узники

* генерал-лейтенант Ф. А. Ершаков (погиб в лагере в 1942 г.)
* генерал-лейтенант И. Н. Музыченко (освобождён в 1945 г.)
* генерал-лейтенант инженерных войск Д.М. Карбышев (переведён в другой лагерь, убит в Маутхаузене в 1945 г.)
* генерал-майор М.И. Потапов (переведён в другой лагерь, освобождён в 1945 г.)
* генерал-майор М. Т. Романов (погиб в лагере в 1941 г.)
* генерал-майор Г. М. Зусманович (переведён в другой лагерь, умер в Освенциме в 1944 г.)
* генерал-майор В. И. Прохоров (переведён в концлагерь Флоссенбюрг, убит там в октябре 1943 г.)
* майор П. М. Гаврилов (освобождён в 1945 г.); прим.: ВИКИПЕДИЯ: https://clck.ru/RCpx2  ; Пётр Миха́йлович Гаври́лов (тат. Петр Михаил улы Гаврилов; 17 [30] июня 1900 — 26 января 1979) — советский офицер, майор, участник обороны Брестской крепости в 1941 году, Герой Советского Союза (1957).

Книга памяти лагеря Hammelburg
http://www.dokst.de/main....urg.pdf

               Хаммельбург — старинный немецкий город на севере Баварии. Международный лагерь для пленных офицеров вырос вокруг военного городка еще кайзеровских времен. В центре находилось десятка полтора двухэтажных кирпичных казарм, складов, конюшен и административных зданий, а во все стороны расползались улицы стандартных деревянных, в основном трехкомнатных бараков.
          Лагерь был разделен на 9 блоков, из них 3 русских. С прибытием нашей группы население этих русских блоков стало около четырех тысяч человек. Все три русских блока и один блок, где находились казармы немецких солдат охраны, были по одну строну центральной части, а по другую был лагерь английских, канадских и американских пленных офицеров.
http://militera.lib.ru/memo/russian/paliy_pn/03.html  Палий Пётр Николаевич Записки пленного офицера.";

- Судьбы советских военнопленных в концентрационном лагере Дахау. 

          В статье предлагается реконструкция отдельных событий и процессов в период с 1941 по 1945 гг., позволяющих восстановить общую картину судеб советских военнопленных в концлагере Дахау. Излагается исторический контекст, предопределивший попадание советских военнопленных в Дахау. Дается описание специфических условий, в которых пришлось оказаться советским узникам. Особое место уделяется массовым расстрельным процессам, проходившим как на территории самого Дахау, так и на полигоне Хебертсхаузен. В статье названы некоторые имена погибших советских солдат и офицеров, а также кратко изложены обстоятельства их пребывания в концлагере. Упоминаются значимые имена и события, связанные с трагической страницей истории немецких концлагерей, а также кратко освещаются основные результаты современных археологических исследований на территории Хебертсхаузена. 

           Предлагаемый текст адресован, прежде всего, русскому читателю, то есть тому, для кого Россия и ее история (быть может не только и не столько в географическом, сколько в духовном измерении) – это история родной страны. Статья основана на работах современных немецких исследователей, а также на архивных материалах Второй мировой войны. Она представляет собой попытку артикулировать на русском языке некоторые факты, имена, даты и обстоятельства, необходимые для осознания масштаба страданий и смертей, выпавших на долю множества советских людей, которые попали в плен и были распределены в немецкие концлагеря. Внимание уделяется, прежде всего, судьбе советских военнопленных, заключенных в концентрационном лагере Дахау. Необходимо отметить, что статья носит обзорный характер, в связи с чем в ней отсутствует детальный и последовательный разбор всех известных на настоящий момент фактов и обстоятельств, связанных с пребыванием и казнями советских узников Дахау. Таким образом, целью предлагаемого текста является реконструкция общей картины происходившего с советскими пленными в Дахау. Последовательность изложения строится следующим образом: сначала читателю предлагается вникнуть в ход событий, который предопределил попадание советских военнопленных в концлагерь Дахау. Затем речь пойдет о специфике условий, в которых пришлось оказаться советским узникам (это, прежде всего, создание особого сектора на территории лагеря). Особое место уделяется массовым расстрельным процессам, проходившим как на территории самого Дахау, так и на полигоне Хебертсхаузен. В статье будут названы некоторые имена погибших советских солдат и офицеров, а также кратко изложены обстоятельства их пребывания в концлагере. Упоминаются значимые имена и события, связанные с трагической страницей истории немецких концлагерей, а также приводятся результаты современных археологических исследований на территории Хебертсхаузена. 

           Для того, чтобы получить представление о том, каким образом проходили массовые убийства военнопленных, следует, прежде всего, кратко обрисовать ситуацию с отбором пленных, подлежащих обязательному уничтожению (так называемых «опасных» военнопленных). Среди них подавляющим большинством были советские люди. В июле 1941 г. на территории Германии была введена новая редакция так называемого «приказа о комиссарах». После этого службы безопасности совместно с вермахтом изолировали «опасных» военнопленных в особые места для последующей ликвидации. К группе «опасных» относились офицеры, активисты компартии, комиссары Красной Армии, интеллигенты, евреи и представители государственной и экономической элиты. Ввиду размытого определения данной группы, сортировка «опасных» осуществлялась, как правило, по произволу карателей. Поскольку приказ предполагал заполнить определенный количественный лимит, то зачастую в этот отбор попадали совершенно случайные люди. Основанием для обвинения были также доносы, которые оперативные группы под давлением вытягивали из тех же пленных. 

            Так уже 15 ноября 1941 г. оберштурмфюрер СС, ответственный за исполнение данного приказа в мюнхенском гестапо Мартин Шермер докладывал, что проверке подверглось 3088 советских военнопленных, находящихся в VIII военном округе (Мюнхен). Из них в качестве «обязательно изолируемых» значилось 410 человек, среди которых 145 – «фанатичные коммунисты», 85 – «подстрекатели и воры», 69 – «интеллигенты», 47 – «неизлечимо больные», 35 – «беглецы», 25 – «евреи» и трое «активистов и офицеров». Отсюда видно, что отсутствовали четкие критерии для отбора, а также что СС и вермахт стремились уничтожать не только политических противников, но и просто избавляться от тяжелобольных, которые были не в состоянии работать. 

         Отбор «опасных» из числа советских военнопленных, изолированных и впоследствии убитых в концентрационном лагере Дахау, производился в военных округах V (Штутгарт), VII (Мюнхен) и XIII (Нюрнберг). Вместе с пленными из лагеря для офицеров Хаммельбург (1100 человек) в лагерь Дахау для расстрела были отправлены 2000 человек из лагерей для рядового состава Хаммельбург и Нюрнберг-Лангвассер. Осенью 1941 г. в Дахау были также переданы несколько сот человек из V военного округа и 267 человек из шталага VIIA (Мосбург). 

          Этапирование пленных проходило в ужасных условиях. Во время дачи показаний бывший работник нюрнбергского гестапо Пауль Олер рассказывал, что пленных офицеров связывали по двое железной цепью, а транспортировка в неотапливаемых вагонах длилась от 12 до 18 часов. Состояние здоровья у этапируемых было критическим. Это даже вызывало опасения у начальников: «Коменданты концлагерей жалуются на то, что примерно от 5 до 10 процентов приговоренных к казни русских прибывают в лагеря мертвыми или полумертвыми. Создается впечатление, что таким образом шталаги избавляются от таких заключенных… Невозможно избежать того, что население обращает на это внимание». 

          Первая партия заключенных (около 20-25 человек) была доставлена в Дахау 3 сентября 1941 г. из офлага Хаммельбург. Затем в Дахау прибывало порядка 70 заключенных примерно каждые две недели. Часто отряды СС расстреливали их сразу же после прибытия (бóльшая часть пленных погибла именно так). Оперативные группы организовывали транспортировку на товарных поездах или грузовых автомобилях. Солдаты вермахта этапировали пленных до вокзалов, где их сменяли работники гестапо, сопровождавшие заключенных в поездах. Затем в Дахау приговоренных офицеров и солдат забирал специальный отряд. 

         В сентябре 1941 г. расстрелы производились во дворе тюрьмы – основном месте пыток, наказаний и казней. Затем отряды СС казнили пленных в отгороженной зоне, на расположенном в двух километрах от лагеря полигоне Хебертсхаузен. С октября-ноября 1941 г. заключенных доставляли сначала, по всей видимости, в помывочное помещение, где начальник лагеря превентивного заключения Эгон Циль и староста лагеря Карл Капп проводили «сортировку». Отобранным для расстрела больным и слабосильным приказывали отойти в сторону и раздетыми залезать в грузовики. Их сразу же расстреливали в Хебертсхаузене. Бывший заключенный Антон Хофер, работавший на складе одежды, так вспоминал об этом: «Когда я был в помывочной…, там был Эгон Циль и около 30-35 русских, которых доставляли на грузовике. Они выходили из машины, и Эгон Циль отбирал кого-то из них. … Он говорил одним – «сюда», а другим – «туда»… Русские должны были голыми залезать в грузовик, а их одежду отдавали на дезинфекцию». Также можно привести воспоминания бывшего заключенного Дахау Альфреда Хюбша: «Было страшно, когда приговоренные к расстрелу русские… забирались в грузовик, чтобы ехать на полигон. Один мне улыбнулся. Через час грузовик вернулся с одеждой для дезинфекции. Потом приходили младшие командиры СС, участвующие в расстрелах, и развязно говорили о случившемся в служебном помещении». 

          Далее нужно рассказать о создании на территории концлагеря Дахау особого отдельного сектора, предназначенного для содержания советских военнопленных. Вскоре после переноса расстрелов на полигон Хебертсхаузен СС распорядилось огородить несколько бараков в лагере превентивного заключения, а на входе у территории повесить табличку с надписью «военнопленные». Затем там поставили три огороженных барака. Бывшие узники, однако, вспоминали уже после войны, что на этой территории были расположены блоки с 17 по 29, которые включали в себя не три, а семь бараков. В 17-ом бараке было помещение блочного персонала и небольшой лазарет. 

          Особый лагерный сектор просуществовал с октября-ноября 1941 по март 1942 гг. Несмотря на то, что бараки возводились максимально быстро, первые четыре недели они почему-то пустовали. Затем было ввезено около 420, а по другим данным от двух до трех тысяч человек. Степень наполненности данной лагерной зоны сильно колебалась за период ее существования. Тем не менее, можно утверждать, что там находилось не более 120-150 заключенных одновременно. Причиной тому служило то обстоятельство, что казни советских военнопленных из-за объема транспортировки проходили медленнее, чем было запланировано. Явно больных СС незамедлительно ликвидировало либо на полигоне, либо в санчасти. Остальные военнопленные из этой группы также были вскоре расстреляны в Хебертсхаузене, после того как в тюремной помывочной отделяли слабосильных от трудоспособных. 

          Необходимо отметить, что в этом лагерном секторе содержались военные, которых не сортировали ни в помывочном помещении, ни на месте расстрелов. Это были люди, которых сочли годными для выполнения тяжелых работ. Ввиду острой нехватки рабочих рук, 14 ноября 1941 г. рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер издал указ, обязывающий отбирать работоспособных военнопленных даже из числа тех, кто был приговорен к расстрелу, и отправлять их на принудительные работы в каменоломни. Тем не менее, этот указ не следует рассматривать как своего рода смягчающую меру. Намерение продолжать уничтожение своих противников в лице вражеских военнопленных стало очевидным на следующий же день после указа: Гиммлер дополнил его распоряжением, что советские пленные должны были непременно умирать от невыносимо тяжелой работы. После этого узники Дахау видели, как солдаты СС отделяли небольшие группы (от 5 до 20 человек) из числа смертников и вели их в сопровождении старосты лагеря Антона Карла в зону бараков 17-29. 

          Часть узников из числа военнопленных перевели в концлагерь Маутхаузен (современная Австрия). Возможно, это было связано с тем, что приказы Гиммлера предписывали тяжелые виды работ, которыми не мог обеспечить Дахау (например, здесь не было каменоломен). Дахау числился как лагерь первого уровня (LagerstufeI). Это означало, что его контингент должен был состоять из преступников с не столь значительной виной. Маутхаузен же занимал третий разряд в этой шкале, то есть его узники считались закоренелыми преступниками, не подлежащими исправлению. В связи с этим разными были условия и характер работ. Согласно показаниям бывшего старосты лагеря военнопленных в Дахау, 120 узников были отправлены в концлагерь Маутхаузен. Известно имя одного из них. Это лейтенант пехоты Иван Бурма 1914 г.р., попавший в плен в июле 1941 г. По всей вероятности в Дахау он попал в декабре 1941 г., а 17 февраля 1942 г. был депортирован в Маутхаузен (филиал Гузен). Затем 25 августа 1942 г. его перевели в основной лагерь, в котором он скончался 21 ноября 1942 г. от невыносимых бесчеловечных условий [6, Abt. 11. Personalkarte I von Iwan Burma]. 

          Существуют разные мнения о том, по какой причине был возведен особый сектор для военнопленных в Дахау. С точки зрения историка Райнхарта Отто, его сооружение было нужно исключительно для размещения рабочих русских (Arbeitsrussen). Существуют и другие мнения. Так, например, Габриела Хаммерман считает, что «Дахау выполнял функцию пересыльного лагеря для наказания политически неугодных и больных советских военнопленных», а также (хотя и в меньшей степени) функцию «карантинного лагеря и „поворотного круга“ для работоспособных». По ее мнению, создание отдельной зоны из вышеназванных семи бараков на территории Дахау преследовало две цели. Во-первых, это позволяло сохранять в тайне происходившие произвол и жестокость от прочих заключенных концлагеря. Во-вторых, при посещении партийных активистов, ведущих хозяйственников и представителей вермахта это служило маскировкой, внушающей веру в то, что с узниками обращаются в соответствии с международными правами человека. 

           Чрезвычайно высокая смертность в этом секторе свидетельствовала о том, что главным мотивом было идеологическое уничтожение, а также убийство нетрудоспособных пленных. Последнее было особым образом артикулировано в акции с кодовым словом «Особое распоряжение 14 f 13», согласно которой слабые и больные заключённые умерщвлялись. Для СС в то время рабочая сила военнопленных не представляла особого интереса, поэтому они продолжали систематически уничтожать советских узников. 

            Теперь обратимся к тому, как совершались первые казни во дворе лагерной тюрьмы в сентябре 1941 г. Первым делом всех узников выгоняли из хозяйственных построек, а тех, кто работал на территории лагеря превентивного заключения, заставляли покинуть рабочие места и уходить в свои бараки. При этом блоки со 2 по 12 занимать не разрешалось, поскольку оттуда были видны ворота и дорога к тюремному двору. Несмотря на это, узники видели, как солдаты карательного отряда в шлемах и с карабинами занимали позицию во дворе. За ними шли офицеры комендатуры, которые сначала заходили в проходное здание между территорией СС и зоной заключенных (так называемый «журхауз» (Jourhaus), на котором находилась пресловутая надпись «Arbeit macht frei»). Эту группу возглавлял, как правило, начальник лагеря превентивного заключения Эгон Циль. Затем во двор въезжал грузовик с советскими военнопленными. После этого узники лагеря в течение нескольких часов слышали выстрелы. По окончании казней заключенные находили на этом месте форму расстрелянных и окровавленную стену. Ввиду того, что постоянно растущее количество приговоренных не позволяло скрывать убийства, казни были перенесены уже спустя три недели на полигон Хебертсхаузен. 

          Накануне расстрела в Хебертсхаузене лагерное руководство приказывало изготовлять по 60-70 гробов с цинковым покрытием, а также расстрельные столбы и наручники. Перед каждым расстрелом раздавались защитные костюмы, перчатки, полотенца и фартуки «для тех, кто очищали полигон и убирали трупы». Оскар Хойзерман – узник, работавший в то время в прачечной Дахау, свидетельствовал после войны, что всякий раз перед казнями выходило распоряжение приготовить 10-15 котлов горячей воды, каждый из которых вмещал по 50 литров. Эти котлы доставлялись в Хебертсхаузен. Таким образом убийцы пытались смыть следы своих злодеяний на месте преступления, а также очистить собственную одежду от крови. Бывший капо со склада одежды, Антон Хофер, вспоминал о циничных высказываниях начальника СС в лагере: «Сегодня праздник стрелков» — так они называли расстрелы русских». 

          Командовал расстрелом комендант или его адъютант, а чаще всего начальники лагеря предварительного заключения. Они и члены комендатуры садились в машины и ехали на полигон. Их сопровождали лагерный врач, санитары, а также 8-10 часовых. 

           Будет уместным воспроизвести показания бывшего переводчика шталага Мосбург Йозефа Торы, данные им перед нюрнбергским полевым трибуналом в 1950 г. Эти показания являются одним из значимых свидетельств об убийствах на полигоне Хебертсхаузена, которые вполне коррелируют с другими рассказами бывших работников Дахау и офлага Хаммельбург. Тора сообщал, что он сопровождал этап советских военнопленных осенью 1941 г. из Мосбурга в Дахау и присутствовал на расстреле в Хебертсхаузене. По его словам, он выполнял распоряжение своего начальства из Мосбурга, которое с недоверием отнеслось к «сортировке» и желало больше узнать о судьбе «отобранных» советских пленных. По возвращении с задания Тора доложил обо всем офицеру контрразведки Мосбурга Хёрману, о чем последний незамедлительно сообщил начальнику военнопленных. Данные рассказы отчасти стали препятствовать передаче советских пленных в концлагерь Дахау. 

          Тора сообщал об устройстве пространства полигона. Здесь были расположены три земляных вала. Пространство между ними образовывало два коридора, которые служили линией расстрела. В конце коридоров стояли прочные деревянные стены, перед которыми был насыпан высокий слой песка. Грузовик въезжал задом в пространство коридора, и пленные спрыгивали на землю. После этого переводчик зачитывал по-русски имена приговоренных и приказ. По словам Торы, реакция осужденных была различной. Кто-то кричал и плакал, кто-то сохранял спокойствие. Некоторые кричали ему, как переводчику, с просьбой перевести, что они «противники большевизма и члены Русской Церкви. В доказательство они показывали мне у себя на груди русские кресты». Несмотря на все это, пленных заставляли снять одежду и становится в ряд по пять человек. Солдаты СС отводили их к стене и приковывали наручниками к столбам. Затем на расстоянии около 15 метров группа из 20 стрелков по команде давала залп. Как правило, казнимые все оседали вниз со столбов. Если кто-нибудь оставался на ногах, то руководитель группы подбегал к нему и делал контрольный выстрел в затылок. 

           После расстрела каждой партии пленных, солдаты отвязывали убитых и на тележке перевозили к стоящим у входа гробам. Здесь они сваливали трупы, а находящиеся рядом приговоренные видели, как их товарищей вывозят уже мертвыми. Тогда между ними поднималась суматоха и шум, которые быстро и жестоко пресекали солдаты прикладами автоматов. Тора сообщал также, что при этом некоторые СС-овцы издевались над пленными и даже мертвыми. Некоторые палачи входили в фанатичный раж и просили, чтобы их ставили для расстрела оставшихся групп. Другие, наоборот, выполняли приказ явно против воли, однако никто не осмеливался отказаться. Известен случай отказа только одного немецкого офицера из Дахау – Карла Миндерлейна. За это военный трибунал Мюнхена приговорил его к двум годам тюрьмы, из которых семь месяцев Миндерлейн отсидел в тюремной комендатуре Дахау, а затем был отправлен в составе штрафного батальона на восточный фронт. 

           После расстрелов солдаты и офицеры комендатуры возвращались в Дахау. Трупы отвозили в крематорий. Поначалу трупы сжигали сами работники СС, чтобы по возможности скрывать следы содеянного. С конца октября 1941 г. для сожжения стали выделять маленькую группу заключенных из евреев, которые содержались в строгой изоляции от остальных узников. 

           Один из чешских заключенных лагеря Карел Казак (Karel Kašák) в своих тайных дневниковых записях оставил следующее: «Действительно, в последние недели были расстреляны советские офицеры (советские политкомиссары). В течение двух дней, а именно с 8 по 11 сентября 1941 г. было расстреляно 82 из них. Когда заключенные, которые работали в крематории, спросили Эгона Циля, как им похоронить пепел этих несчастных, он велел, чтобы «мусор этих большевистских свиней» куда-нибудь вышвырнули». 

            Одежда расстрелянных сдавалась в дезинфекцию, а затем в прачечную, где ее починяли после стирки. После этого она поступала на склад одежды и выдавалась новоприбывшим заключенным. Состояние одежды позволяло работникам дезинфекции и прачечной воспроизвести события, происходившие в двух километрах от лагеря. При хорошем ветре со стороны Хебертсхаузена в Дахау также можно было услышать выстрелы, звучавшие на протяжении нескольких часов. Картину и масштаб расстрельных акций понимали также узники, которые делали уборку в помещениях бригады СС. Они регулярно находили в комнатах окровавленные перчатки и одежду палачей. Кроме того, окончательно убедиться в этом помогли рассказы заключенных, трудившихся в автопарке: поверхность кузова грузовика предоставляла очевидные кровавые свидетельства. Таким образом, первичные смутные догадки переросли в уверенность, что рядом с лагерем проходят массовые казни. 

            Расстрельная команда после казней получала по вечерам поощрения в виде шнапса, пива и сигарет. Помимо этого им выдавались наградные кресты «за военные заслуги» второй степени. Они имели право на дополнительный четырехнедельный отпуск. Врач лагеря выписывал для них направления на лечение с диагнозом «нервное истощение», и члены комендатуры ездили на курорты. При этом им запрещалось брать с собой членов семьи, по всей видимости, для того, чтобы отдых превращался в своего рода корпоративную акцию, способствующую сплочению команды, что также помогало снять личную ответственность за содеянные преступления. 

             Число убитых советских военнопленных в Дахау в период с сентября 1941 г. по июнь 1942 г. составляет от 4300 до 4500 человек. Данные числа основаны на расчетах Альфреда Карла, бывшего заключенного, который работал в цеху дезинфекции и вел учет одежды расстрелянных. Остались незафиксированными даты расстрелов, поскольку в главном отделе безопасности распорядились не регистрировать советских военнопленных в картотеке концлагерей, а отмечать лишь номера их опознавательных знаков. Тем не менее, имена погибших могут быть восстановлены, если обратиться к картотеке Немецкой справочной службы вермахта, которая после войны была передана в Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации (г. Подольск). С этими архивными документами проводил работу современный немецкий историк Райнхарт Отто. В ходе исследования были изучены персональные данные около 57 тысяч офицеров, тогда как работа над данными рядового состава, объем которых многократно превышает офицерский контингент, продолжается по настоящее время. По имеющимся на настоящий момент сведениям, средний возраст погибших составлял примерно 28 лет. Известно также, что в Хебертсхаузене расстреливали и женщин. 

              Приведем одно из имен советских погибших, о котором рассказывают архивные документы Немецкой службы вермахта. Это лейтенант пехоты, бывший до призыва школьным учителем, Игнат Прохорович Бабич 1913 г.р., который попал в немецкий плен 12 июля 1941 г. Изначально его доставили в шталаг 325 на территории Польши, откуда он 14 марта 1942 г. попал в офлаг XIII Хаммельбург. Там в ходе «сортировки» Бабич был приговорен к расстрелу. 14 апреля этого же года его перевели в гестапо, а (предположительно) 18 апреля он был расстрелян СС-овцами на полигоне Хебертсхаузен. 

              После прекращения массовых расстрелов (июль 1942 г.) в 1943 и 1945 гг. в Дахау прибыло 1102 советских военнопленных. Это были заключенные, казнь которых была на время отложена, но которые попали в лагерь за попытки побега и сопротивления. Вопреки ожиданиям их не направили ни в штрафную бригаду, ни в бригаду внешнего лагеря, известные бесчеловечным отношением. Их распределили в рабочие бригады со сносными условиями – в санчасть, дезинфекцию, на кухню. Впрочем, десять человек были все же направлены на жестокие медицинские эксперименты. Сохранился отчет врача СС д-ра Зигмунда Рашера, оставленный 10 октября 1942 г. в записях комендатуры. Согласно этому отчету, советский военнопленный Николай Хонич был назначен 28 сентября 1942 г. для медицинских экспериментов. Самому Гиммлеру было гарантировано, что этот узник, выбранный в качестве подопытного, не останется в живых. Однако вопреки всем ожиданиям Хонич выдержал три опыта гипотермии, вследствие чего был помилован. 

            Известен также пример солдата, который прошел через многие немецкие концлагеря (в том числе Дахау) и дожил до своего освобождения. Это лейтенант пехоты Валентин Ребров 1920 г.р., бывший до войны студентом-геологом. Он попал в плен 25 июля 1942 г., после чего был определен в шталаг 338 в городе Кривой Рог (Украина). Затем его переводили в шталаг VIIA, в рабочие бригады Мюнхена, Мосбурга, Розенхайма и Зегмюля. 7 августа 1944 г. ему удалось бежать, но спустя неделю он был пойман и 15 августа в качестве «арестованного военнопленного» отправлен в Дахау. 20 апреля 1945 г. Реброва распределили в концлагерь «Терезинское гетто» на территории Чехии, а спустя несколько дней отправили в чешский городок Че́ске-Бу́деёвице, где 8 мая 1945 г. он был освобожден советскими войсками. 

             В списке заключенных Дахау значится много имен советских военнопленных, попавших в лагерь по большей части в 1944 г. в качестве арестованных. Арестованными считались те узники, которые были схвачены за попытки побега и сопротивления. В 1944 г. в Хебертсхаузене и в зоне крематория было расстреляно две большие группы советских военнопленных. Основанием для расстрела на этот раз был не приказ о зачистке «опасных» пленных, а обвинение в организации массового сопротивления. 

           17 февраля 1944 г. в Дахау был доставлен 31 советский беглый офицер. Это были организаторы акции группового сопротивления, в ходе которой им удалось совершить массовый побег. В Дахау им выдали униформу с опознавательным знаком беглого и заглавной буквой „R“ и распределили в штрафной блок. Вскоре Главное управление имперской безопасности приговорило их к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 22 февраля 1944 г. в Хебертсхаузене. Уже упоминавшийся выше чешский заключенный Карел Казак записал об этом событии следующее: «Как и при расстреле русских военнопленных год назад, сейчас так же приготовили все необходимое для смывания крови горячей водой. Заключенные, поставленные на эту работу, конечно, не знали, чьи дни были сочтены. Это стало известно лишь на следующий день, когда названные советские офицеры были вывезены и уже не вернулись». 

           Узниками и мучениками Дахау стали также организаторы «Братского содружества военнопленных». Данная подпольная группа сопротивления зародилась в марте 1943 г. в трудовом лагере для советских офицеров в Мюнхене-Гизинг (на Шванзеештрассе). Эта группа получила большое распространение по всей южной Германии и за ее пределами. Ее основной задачей было подорвать деятельность оборонной промышленности и бойкотировать дальнейшее ведение войны. Для этого Содружество стремилось установить тесные связи с немецкими антифашистами, а также противостать вербовке в Русскую освободительную армию генерала Власова, воевавшую на стороне Третьего рейха. Группа была вскоре разоблачена, а ее организаторы схвачены 18 мая 1943 г. в Гизинге и депортированы в штрафные бараки шталага VIIA Мосбург. Остальные члены группировки были арестованы после того, как гестапо заслала своих шпионов в ее ряды. Участники организации были доставлены в Дахау (первая группа уже в августе 1943 г., а остальные в феврале 1944 г.) и помещены в изолированные блоки. 

             Руководителей Содружества доставили в мюнхенское гестапо 29 марта 1944 г., где их подвергли жестоким пыткам. Затем в тяжелом состоянии некоторые из них были возвращены в Дахау. Но и там не прекращались допросы и истязания. Расследование дела Содружества сопротивления длилось до конца августа 1944 г. 

             4 сентября 1944 г. 92 офицера из советского сопротивления были выведены на плац в Дахау. Площадь оцепили автоматчики. Группу отвели к крематорию, где унтерштурмфюрер Гейт зачитал им смертный приговор Имперского управления СС. Затем приговоренным приказали раздеться и встать на колени спиной к стрелкам. Казнь была произведена выстрелом в затылок. В этот день были казнены 90 офицеров, а на следующий день оставшиеся два. 

             Одним из этих двух офицеров был главный организатор Содружества военнопленных Михаил Ильич Зингер, родившийся 19 февраля 1886 г. Он и остальные пленные, состоявшие во главе подпольной группы сопротивления, были схвачены 18 мая 1943 г. и отправлены в шталаг Мосбург. В помещениях, куда их определили, не было кроватей, так что приходилось спать на голом полу. Заключенных мучили голодом. Зингер и еще несколько членов группы были доставлены в Дахау 20 августа 1943 г. Здесь в течение многих месяцев проходили допросы и пытки – узников пытались сломить, не давая спать, мучая ярким светом прожектора, помещая в стоячие камеры. Михаил Зингер и его товарищ были расстреляны 5 сентября 1944 г.  

             В 2001 г. российское дипломатическое представительство выразило желание поставить на территории бывшего концлагеря Дахау памятник жертвам нацистского террора. В связи с этим Региональное ведомство политического образования (Landeszentrale für Politische Bildung) распорядилось провести археологические раскопки на месте бывшего расстрельного полигона. Целью раскопок было определить точное место происходивших казней, а также получить дополнительную информацию о ходе расстрелов. Кроме того, это было дополнительной мерой проверки уже имеющихся сведений, основанных только на документах, фотографиях и свидетельствах очевидцев. Группе исследователей удалось точно определить место происходившего. Перед бетонной постройкой в конце расстрельной полосы обнаружили остатки дощатой стены, служившей пулеулавливателем. Были найдены держатели для расстрельных столбов, выкопано много тысяч пуль от различных типов огнестрельного оружия. Кроме того, были обнаружены и стальные наручники, которыми приговоренных приковывали к столбам. Археологи натолкнулись также на фрагменты черепов и челюстей, что свидетельствует о страшной жестокости, с которой СС-овцы проводили казни. 

             Обобщая вышеизложенное, можно констатировать, что прикосновение к свидетельствам происходившего на территории Дахау потрясает масштабностью ужасных массовых расстрелов и планомерным уничтожением безвинных людей. Следует признать, что демонические нацистские устремления достигали своей особой жестокости, когда речь шла именно о советских людях – главных поборниках фашизма в XX в. Эта особая миссия русского народа – противостать мировому злу и победить его – обязывает потомков чтить память своих героев и мучеников. При этом необходимо помнить, что понятие «русский народ» в данном контексте вовсе не сводится к этнической группе восточных славян. Следует видеть в этом названии историческое лицо многонационального народа, единство которого основано на общих духовных ценностях. И этими ценностями, была, конечно, не коммунистическая идеология (вспомним, например, о нательных православных крестах, которые были на груди приговоренных). Этой ценностью была – пусть часто и на бессознательном уровне – евангельская максима жертвенной любви. Таким образом, сегодня наш долг – помнить о бесчисленных жертвах и страданиях на этом месте. На территории бывшего концлагеря в наши дни построены молитвенные места поминовения погибших в Дахау. Среди них – русская церковь Воскресения Христова, в которой совершается молитва за убиенных и пострадавших соотечественников. Память о них обязывает также продолжить работу по восстановлению их имен и личных судеб, чтобы их страдания укрепили духовные связи народа и не дали больше мировому злу возможности возрождения.". 9.05.2015 г. А. В. Лаврентьев http://voskresenie.d...nzlager-dachau/ ";

7. “Об одном прошу тех, кто переживет это время: не забудьте! Не забудьте ни добрых, ни злых. Терпеливо собирайте свидетельства о тех, кто пал за себя и за вас. Придет день, когда настоящее станет прошедшим, когда будут говорить о великом времени и безымянных героях, творивших историю. Я хотел бы, чтобы все знали, что не было безымянных героев, а были люди, которые имели свое имя, свой облик, свои чаяния и надежды, и поэтому муки самого незаметного из них были не меньше, чем муки того, чье имя войдет в историю. Пусть же эти люди будут всегда близки вам, как друзья, как родные, как вы сами!” Юлиус Фучик (23.02.1903 - 8.09.1943), чехословацкий журналист, литературный и театральный критик, публицист, активист чехословацкой компартии. Находясь в нацистской тюрьме, написал книгу «Репортаж с петлёй на шее» (“ВИКИПЕДИЯ”: http://surl.li/hzows );

8. Мемориальный комплекс “Буйничское поле” ("ВИКИПЕДИЯ": https://clck.ru/RcvC8 ).

 

Регион Тамбовская область
Воинское звание Лейтенант.
Населенный пункт: Рассказово
Воинская специальность Командир 1 батареи 1 артиллерийского дивизиона 340 лёгкого артиллерийского полка, 172 стрелковой дивизии, 61 стрелкового корпуса, 13 Армии, Западного фронта (07.1941).
Место рождения РСФСР, Тамбовская губерния, Тамбовский уезд, Ивановская волость, деревня Каменные Озерки.
Годы службы 1937 1941
Дата рождения 25.12.1918

Документы

Строка в наградном списке на награждение орденом "КРАСНОГО ЗНАМЕНИ".

Строка в наградном списке на награждение орденом "КРАСНОГО ЗНАМЕНИ".

Донесение о безвозвратных потерях.

Донесение о безвозвратных потерях.

Приказ об исключении из списков.

Приказ об исключении из списков.

Документ о военнопленных.

Документ о военнопленных.

Документ о военнопленных.

Документ о военнопленных.

Документ в учётной картотеке.

Документ в учётной картотеке.

Документ, уточняющий потери.

Документ, уточняющий потери.

Фотографии

Лейтенант ЛОБКОВ В. В.

Лейтенант ЛОБКОВ В. В.

Лейтенант ЛОБКОВ В. В.

Лейтенант ЛОБКОВ В. В.

122-мм гаубица образца 1938 года (М-30), материальная часть 340 лёгкого артиллерийского полка.

122-мм гаубица образца 1938 года (М-30), материальная часть 340 лёгкого артиллерийского полка.

45-мм противотанковая пушка образца 1937 года (53-К), материальная часть 340 лёгкого артиллерийского полка.

45-мм противотанковая пушка образца 1937 года (53-К), материальная часть 340 лёгкого артиллерийского полка.

12.06.1941 г. Бел. ССР, д. Буйничи. "Т-III", остановленный артиллеристами 340 лап полковника Мазалова И. С. (фото П.Трошкин;. из книги Н.С. Борисенко "1941-й: пылающие рубежи ДНЕПРА и СОЖА").

12.06.1941 г. Бел. ССР, д. Буйничи. "Т-III", остановленный артиллеристами 340 лап полковника Мазалова И. С. (фото П.Трошкин;. из книги Н.С. Борисенко "1941-й: пылающие рубежи ДНЕПРА и СОЖА").

07.1941г. Белорусская ССР, Могилёвская область, деревня Буйничи, "Буйничское поле". Sd.Kfz. 251 (средний полугусенечный транспортёр), остановленный артиллеристами 340 лап.

07.1941г. Белорусская ССР, Могилёвская область, деревня Буйничи, "Буйничское поле". Sd.Kfz. 251 (средний полугусенечный транспортёр), остановленный артиллеристами 340 лап.

07.1941г. Белорусская ССР, Могилёвская область, деревня Буйничи, "Буйничское поле". Танк, остановленный артиллеристами 340 лап.

07.1941г. Белорусская ССР, Могилёвская область, деревня Буйничи, "Буйничское поле". Танк, остановленный артиллеристами 340 лап.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

Мемориальный комплекс «Буйничское поле»: Беларусь, Могилёвская область, Могилёвский район, деревня Буйничи. Место гибели артиллеристов 340 лёгкого артиллерийского полка.

"Пленные командиры Красной Армии в лагере Oflag 62 (XIII D), в Хаммельбурге." ("ВОЕННЫЙ АЛЬБОМ": https://waralbum.ru/323576/ ).

"Пленные командиры Красной Армии в лагере Oflag 62 (XIII D), в Хаммельбурге." ("ВОЕННЫЙ АЛЬБОМ": https://waralbum.ru/323576/ ).

Автор страницы солдата

Страницу солдата ведёт:
История солдата внесена в регионы: