Боевой путь

   Маморин Сергей Георгиевич был "уволен в ряды РККА" с фабрики «Пролетарская Победа» 23 октября 1941 года - такая запись сделана в его трудовой книжке. В документах Мытищинского РВК указаны две даты призыва и отправки. Первая запись датирована 25 октября 1941 года, когда его вместе с его двоюродным братом Захаровым Анатолием Николаевичем призвали и отправили в Орехово-Зуевский РВК, г. Покров. Вторая запись (12 ноября), скорее всего, отражает дату отправки, поскольку в иных документах датой призыва указано 11 ноября 1941 года. Захаров был призван в тот же день, 11 ноября, и направлен по тому же маршруту.

   Неизвестно, как пролегал их маршрут, но 25 ноября 1941 года они приехали в г. Кулебаки, где они попали в 127-й запасной стрелковый полк 33-й запасной стрелковой бригады (127 зсп 33 зсбр). Приказом № 74 от 29 ноября 1941 года по 127 зсп их зачислили в списки личного и на все виды довольствия. Маморина, как члена ВЛКСМ и имеющего образование 7 классов, определили на должность курсанта в 3-ю учебную стрелковую роту учебного стрелкового батальона (3 уср усб 127 зсп 33 зсбр), где занимались подготовкой младшего командного состава (сержантов). Захарова определили в 12-ю «А» запасную стрелковую роту 4-го запасного стрелкового батальона (12 «А» зср 4 зсб 127 зсп 33 зсбр) и всего через несколько дней приказом № 84 от 7 декабря 1941 года исключили из списков личного состава и всех видов довольствия и отправили в 34-й отдельный учебный танковый полк (34 оутп) в город Дзержинск. Так, их пути с братом разошлись. 13 декабря 1941 года Маморин написал своё второе письмо домой, в котором он ещё не знает, что Захарова отправили в другой полк. К сожалению, это единственное сохранившееся его письмо. 15 декабря, будучи в рядах РККА, он получает свою первую заработную плату - 8 рублей 50 копеек, а 16 января 1942 года вторую, также 8 рублей 50 копеек. 18 января 1942 года приказом № 19 Маморина досрочно выпускают из школы. Как отличнику подготовки присваивают воинское звание сержанта и задним числом отправляют в 4-ю запасную стрелковую бригаду (4 зсбр) в г. Владимир, которую также называли “курсантской”.

   Приказом № 16 от 19 января 1942 года по 354 зсп его, вместе с 47 другими младшими командирами, зачисляют в списки личного состава и все виды довольствия. После этого его назначают на должность командира 2-го стрелкового отделения 1-го стрелкового взвода 2-й запасной стрелковой роты 1-го запасного стрелкового батальона 354-го запасного стрелкового полка (2 со 1 св 2 зср 1 зсб 354 зсп). Приказом № 16 от 4 февраля 1942 года по 354 зсп его, для организации духового оркестра и подготовки батальонных сигналистов, обязуют посещать занятия духового оркестра, а приказом №43 от 13 февраля его назначают на должность писаря-каптенармуса 2 зср. 16 февраля настало время выдать положенный оклад, но из-за недавнего перемещения на другую должность его ошибочно внесли в раздаточную ведомость 2 зср. Деньги, уже по другой, отдельной, ведомости, выдали ему 3 марта 1942 года в размере 17 рублей 50 копеек. Приказом № 27 от 10 марта 1942 года по 4 зсбр 354 зсп было приказано сменить место  постоянной дислокации на г. Шуя. Переход его подразделения начался 13 марта в 3:45. Уже будучи в Шуе Маморин получает зарплату за март в размере  17 рублей  50 копеек за одним исключением — он находился уже в составе музыкального взвода полка. В апреле он снова получил заработную плату во 2 зср 1 зсб. 22 апреля 1942 года, после подготовки рядового состава, он, вместе со своими подчинёнными, был отправлен на фронт в составе маршевой роты № Г-6427 в количестве 254 человека. Приказом № 116 от 24 апреля 1942 года по 354 зсп его, как и других 1777 человек исключают из списков полка и всех видов довольствия как убывших на фронт.

   Где он находился эти два месяца — неизвестно (возможно, он попал в 29 гв. сп или в 32 гв. сп, но это требует уточнения).

   В первой половине июля он попал в отдельный гвардейский учебный стрелковый батальон 12-й гвардейской стрелковой дивизии (гв. оусб 12 гв. сд). Но Маморин пробыл там недолго: его не успели внести в списки личного состава и выдать денежное довольствие, однако после этого перевода в эту часть он стал не просто сержантом, а гвардии сержантом. Приказом № 132 по 37 гв. сп 12 гв. сд от 15 июля 1942 года он был зачислен в 3-й стрелковый батальон 37-го гвардейского стрелкового полка 12-й гвардейской стрелковой дивизии (3 сб 37 гв. сп 12 гв. сд) на должность стрелка, возглавив пополнение в должности командира отделения. На следующий день его занесли в списки личного состава. В батальоне его распределили в 7-ю стрелковую роту (7 ср) и назначили на командирскую должность - командиром взвода. 

   С 15 по 19 июля 37 гв. сп оборонял участок и улучшал позиции в инженерном отношении в д. Передель, овраг 400 м севернее д. Старые Выселки. С 20 по 26 июля велись позиционные бои. В период с 27 по 29 июля полк сменил боевые порядки и перешёл во второй эшелон обороны и расположился в роще юго-восточнее д. Хамкино, д. Карлово и д. Прокино. 9 августа был получен приказ о выходе дивизии в тыл для проведения занятий и доукомплектования, но 11 августа в 17:00, когда полк был на марше, из-за прорыва немцев, было дано распоряжение вернуться на прежние позиции. В 18:00 полк начал движение обратно. Однако, когда он уже вернулся, обстановка вновь ухудшилась, и в 0:00 отдали новое распоряжение. К 9:00 следующего дня 3 сб 37 гв. сп занимал позиции во втором эшелоне в п. Брежнево. 13-15 августа 3 сб 37 гв. сп оставался в распоряжении командира дивизии в резерве на западной окраине посёлка. 16 августа 37 гв. сп расположился на участке дороги, идущей из д. Паком на д. Леоново, южная опушка рощи юго-восточнее д. Паком, южные скаты безымянной высоты 300 м севернее д. Громоздово, высота 236,2.

   Примерно во второй половине июля Маморин, как командир взвода, получает оклад в размере 281 рубль 25 копеек. Такая большая разница объясняется тем, что его основной оклад был сформирован исходя из его высокой должности, находившейся в 5-м разряде тарифной сетки и к тому же почему-то срок службы ему стали считать по третьему году. Расчёт был таким: к основному окладу в 150 ₽ прибавляли гвардейскую надбавку в 50%, потом добавлялись полевые деньги в размере ещё 25 % от получившейся суммы (150х1,5х1,25=281,25 ₽ или 150+75+56,25=281,25 ₽). В середине августа, после перемещения на должность помощника командира взвода (4-й тарифный разряд с окладом около 126,6 ₽), его довольствие снизилось - до 237 рублей 50 копеек.

   21 августа 37 гв. сп проводил разведку боем в направлении д. Леоново. 22 августа начался Контрудар левого крыла Западного фронта в районе Сухиничи и Козельск (22.08.1942 - 10.09.1942). 37 гв. сп находился во втором эшелоне за 29 гв. сп. 3 сб занимал позиции на северных скатах высоты 236,2. Авиация противника с 9:00 до 17:00 непрерывно бомбила боевые порядки группами до 15-20 самолётов. По состоянию на 16:00 3 сб занимал позиции 1 км восточнее д. Железница.

   23 августа 3 сб в ходе ночного наступления зашёл в деревню и по состоянию на 12:00 вёл наступление в середине деревни (справа мост через речку, слева (иск.) ручей). Потери в полку к этому моменту составили 2 человека убитыми и 11 человек ранеными. После частичного освобождения деревни немцы открыли артиллерийско-миномётный огонь по наступающим частям. Также боевые порядки подверглись бомбардировке авиации противника. С 14:30 до 16:00 полком было отбито две контратаки противника силою до роты с танками. По состоянию на 18:00 3 сб вёл наступление правее дороги на д. Железницу высота 250,9 на высоту 254,7. Уточнить потери не представлялось возможным. В ходе этого боя за д. Железница и погиб гвардии сержант Маморин.

   Изначально его похоронили в братской могиле в д. Железница. Приказом № 162 37 гв. сп 12 гв. сд от 01.09.1942 года он был официально исключён из списков личного состава и всех видов довольствия полка. Из-за халатности извещение о смерти было составлено только в октябре 1942 года и выслано в Мытищинский РВК. Туда оно пришло 21 октября 1942 года. На его основании было составлено извещение №1/2310 от 23 октября 1942 года, которое в тот же день было вручено матери.