Маркаров Михаил Гайкович
Маркаров
Михаил
Гайкович
Рядовой / Оружейный и пулемётный мастер
20.07.1920 - 7.07.2015

История солдата

Призывной комиссией при Ашхабадском городском военном комиссариате ТССР  Михаил Гайкович был призван на военную службу в сентябре 1940 года. Военную присягу принял в октябре 1940 г при 251 горно-стрелковом полку.

Воевал  в составе горно-стрелкового полка с июня 1941 по май 1942г. В составе 79-го  стрелкового полка   с октября 1942 по ноябрь 1943.

Принимал  участие в боевых действиях на Керченском полуострове осенью 1941 года при наступлении  немцев. Участвовал в боях за Сталинград (точное время не известно). Победу встретил в госпитале.

Был ранен, перенес окопный пиелонефрит. В октябре 1945 года был уволен по ранению.

Был награждён медалью «За оборону Сталинграда», медалью «За Отвагу», медалью «За боевые заслуги».

Регион Москва
Воинское звание Рядовой
Населенный пункт: Москва
Воинская специальность Оружейный и пулемётный мастер
Место рождения Кисловодск
Годы службы 1940 1945
Дата рождения 20.07.1920
Дата смерти 7.07.2015

Боевой путь

Место призыва СССР, ТССР, Ашхабад
Дата призыва 09.1940
Боевое подразделение 251 горно-стрелковый полк
Принимал участие Битва на Керченском полуострове, Битва за Сталинград,

Воспоминания

Со слов дедушки: «Однажды, когда мы отдыхали, готовили в ведре суп на костре, нас, видимо, приметили и произвели парочку выстрелов в нашу сторону. Так как по звуку летящего снаряда мы уже знали, опасен он для нас или нет, то мы не обратили внимания на «недолет» и «перелет», и продолжали заниматься каждый своим делом. Но через несколько минут новый снаряд, и приближался он с нарастающим свистом, говорящим о том, что его направление - прямо к нам. Я едва успел схватить ведро с почти готовой едой, перелетев вместе с ним через насыпь перед входом в землянку, как начался шквал – снаряды сыпались один за другим – от «недолета», до «перелета». У немцев снарядов было много, и они могли себе позволить ковровую бомбардировку. Вместе со мной еще несколько человек успели влететь в землянку, а уже через несколько секунд ввалиЛся сослуживец, по природе смуглый, но в тот момент он был невероятно бледным, как полотно. Через какое-то время все стихло. А еще немного погодя, когда мы стали все проверять, то к нашему удивлению и радости, выяснили, что во - время обстрела серьезно никто не пострадал, хотя было выпущено более 70 снарядов (дедушка всегда называл точную цифру, я ее не помню). К нам под землянку влетел снаряд, но не разорвался. Повезло.» Нам всегда было интересно - поели ли они суп: «Суп?Да, нам тогда удалось поесть».
Еще дедушка называл имена и фамилии сослуживцем: «Помню, в самом начале пути, познакомился с венгром, разговорились. Его звали Владислав Вайда, и проживал он в Секешфехерваре. После войны мы так и не встретились. Видимо, было не суждено.»
В окопах, засыпая в дождь под открытым небом, завернувшись в плащ палатку, и просыпаясь, не чувствуя нижней половины тела, я заработал окопный пиелонефрит. В полубессознательном состоянии, опухшего меня доставили в госпиталь. Санитары внесли меня в какой-то большой холл, я то приходил в сознание, то опять проваливался, когда я очнулся в очередной раз, вокруг меня стояли люди, которые не знали, куда меня определить. Они активно обсуждали моё состояние, мимо пронеслось тихое: «Наверное, воевать больше не хочет». В это время, идя домой после тяжелого дежурства, мимо проходила врач. Она дала команду отнести меня в ее отделение, вернулась на свое рабочее место, что бы начать лечение, не откладывая его до утра. Чем лечили, кололи, не знаю, но из еды мне можно было только пол стакана сахара и пол стакана воды (тут мои детские воспоминания могут путать количество сахара и воды). Это на сутки. По всему телу появились фурункулы, и спать было возможно только стоя на локтях и коленках. Через какое-то время стали расширять рацион – картофельное пюре, например, очень вкусное, но совершенно без соли. Соль было нельзя. Нельзя значит нельзя. Однажды, во – время врачебного обхода, мне как раз принесли еду, я попробовал, и только успел ойкнуть, что она соленая, как удивился быстроте реакции своего лечащего врача, она выхватила тарелку с невероятной быстротой. Лежал со мной мужчина, который втайне добавлял соль в еду…Он умер.

А малярию мне заговорили на Украине.
Малярийные приступы - раз сутки в одно и то же время, есть после них еще сутки не можешь, и только немного удавалось съесть перед следующим приступом. Очень усох, ветром качало. Госпиталь переехал ближе к линии фронта, мне выдали хинин и оставили на попечение местных жителей. И вот однажды, когда я уже ни на что не надеялся, мне один старичок предложил помощь, но надо было верить в то, что он будет делать. Я согласился, хотя в «заговор» не верил, но терять мне было нечего. Он принес из церкви воды, велел встать и задрать рубашку, оголив спину. Что – то шептал несколько минут, а когда я расслабился, он обрызгал мне спину водой, набрав ее в рот. От неожиданности я вздрогнул. Не вытирая спину, расправил рубашку и прижал ее…Странно, но в «положенное» время приступа не было.

Награды

Медаль «За оборону Сталинграда», медаль  «За Отвагу», медаль «За боевые заслуги».
Медаль «За оборону Сталинграда», медаль «За Отвагу», медаль «За боевые заслуги».

Автор страницы солдата

Страницу солдата ведёт:
История солдата внесена в регионы: