Паршков Василий Фёдорович родился 1 июля 1913 года в деревне Дашино Темниковского уезда Тамбовской губернии (ныне Вознесенский район Нижегородской области). Старший сын в семье Фёдора Прокофьевича и Марьи Ефремовны Паршковых, дашинских хлебопашцев. 

До войны Василий работал бригадиром в колхозе. Был женат на Лукьяновой Анастасии Андреевне, растил двух дочерей – Анну и Марию. Известно, что он участвовал в советско-финляндской войне (1939-1940 гг.), об этом сохранились воспоминания родственников. Вернувшись с той войны, он недолго побыл дома.

В конце весны-начале лета 1941 года Василия Фёдоровича призвали на военные сборы – «на месяца», ещё до начала Великой Отечественной войны. Дочь Мария вспоминает, что это было в первые дни июня 1941-го, в день Отдания Пасхи. Василий уходил на войну, оставляя дома беременную жену, через пару месяцев должен был родиться третий ребёнок. Дочь Анна вспоминала, ей тогда было 6 лет, как прощаясь отец брал её с маленькой сестрой на руки. Марии тогда было всего четыре года. Единственное, что осталось в её памяти: отец лежит на полу, отдыхает, а она кладёт ему под голову подушку. «Вот мне это запомнилось, а больше ничего», рассказывает Мария Васильевна. Это последние воспоминания, которые они сохранили о живом отце. 

Через пару недель, 22 июня, началась война.

От Василия Фёдоровича приходило письмо, откуда-то из-под Орла. Анастасии Андреевне он писал, «Мы в Орле, нас гонят на передовую». После этого тишина. 

В сентябре у Анастасии Андреевны родился сын. Назвали Василием. В честь отца.

В конце войны, вспоминает Мария Васильевна, к ней пришла соседка, тоже Анастасия, и говорит: «Манька, я вашего отца во сне видела». Маня удивлённо: «Как?» – «Он жив, – говорит тётка Настя – В плен попал, или где-то. А вижу его, как будто сидит на крыше, работает. Крышу кроет. Жив он!». Маня тут же побежала к матери. Они жили этой надеждой. Анастасия ждала мужа всю войну. Но Василий так и не вернулся.

Молодая мать осталась одна с тремя детьми на руках. А у свёкра со свекровью война забрала двоих сыновей: сначала старшего, Василия, а потом и среднего – Алексея.

Где служил Василий, куда направили – к сожалению, в семье не сохранили воспоминаний. Не сохранилось и того последнего письма. Спустя годы Анастасия Андреевна ходила в Вознесенское к мужчине, который призывался вместе с Василием. Тот вернулся с войны. Он рассказывал, что воевали они в брянских лесах и болотах: «Там же такие болоты, леса-болоты топкие». Рассказывал, как попали в окружение. Вместе с ними был ещё земляк Мальцин. Мальцин, рассказывал тот солдат, сел было на лошадь – хотел вырваться, выбраться из болота, но его сшибли, забрали или убили... А про Василия он ничего не знал. Говорил только, что многих тогда в тех болотах забрали в плен, а потом, скорее всего, потопили или поубивали. Да и сами бойцы, вырываясь из окружения, тонули в топях. Никто не знал точно. 

Спустя какое-то время Анастасии Андреевне пришло извещение из военкомата: «Пропал без вести». Когда именно это случилось, семья уже не помнит. Но с того дня надежда стала угасать, хотя и не умерла до конца.

В 1947 году Вознесенский районный военкомат составлял списки пропавших без вести. В них значился Паршков Василий Фёдорович как пропавший без вести в октябре 1941 года. Несмотря на многократные поиски, до сих пор никаких сведений о месте службы и судьбе Василия Фёдоровича выяснить так и не удалось.

Василий Фёдорович Паршков не вернулся с войны. Не дождались ни жена, ни родители, ни дочери, ни сын, которого он так и не увидел. Не нашли его до сих пор. Могилы его нет, но память – есть.

Низкий поклон тебе, прадед, и вечная память!