«Дорогами войны и мира: жизнь солдата, учителя, отца»  

Его история началась в чувашской деревне Нижние Бюртли, где в смешанной русско-чувашской семье родился мальчик, чьё детство окрасили трагедии и лишения. Отец, фельдшер Пётр Архипович, после революции спасал жизни в Шераутской больнице, но однажды сам едва не стал жертвой собственного отчаяния: в приступе безумия он набросился на жену, оставив на её теле 19 ран. Это событие, словно трещина, разделило жизнь семьи — отца отправили в Казанскую психбольницу, а мать с детьми, пережив ограбление дома и голодные годы, кочевала между деревнями, выживая благодаря упорству и помощи односельчан.  

В 1939 году юношу призвали в армию. Служба на Дальнем Востоке, где границу с Маньчжурией охраняли под свист японских пуль, казалась суровой, но настоящая война началась позже — в 1941-м, когда эшелоны повезли его на защиту Ленинграда. Пулковские высоты, Нарвский плацдарм, ледяные землянки у Финского залива — здесь он познал цену жизни и смерти. Осколок, едва не перечеркнувший его судьбу в 1944-м, гибель брата Феди под Смоленском, потеря друга Николая Чоботова, сгоревшего в воронке от снаряда… Но даже в кромешном аду находилось место человечности: делились последним сухарем, хоронили товарищей под обстрелами, спасали детей в польской деревне, которых мать, поверив фашистской пропаганде, пыталась утопить.  

Его путь к Победе пролег через горящий Берлин. В мае 1945-го, стоя у Рейхстага, он видел, как падали на колени эсэсовцы, а немки, дрожа от страха, протягивали бутылки с шампанским. Но война для него не закончилась 9 мая — ещё год он служил в Германии, разминируя улицы Нойбранденбурга, а вернувшись домой, сменил шинель на учительский пиджак.  

Послевоенная жизнь стала новым фронтом: в казахстанских степях и чувашских сёлах он учил детей русскому языку, строил дом, растил сыновей и дочерей. Орден Красной Звезды, медали «За оборону Ленинграда» и «За взятие Берлина» хранились в шкатулке рядом с фотографиями однополчан — тех, кто остался в сырой земле под Нарвой или в пепле Зееловских высот.  

Свой последний бой он выиграл тихо — прожив 77 лет, оставив 17 внуков и 17 правнуков. Его мемуары, написанные простым карандашом в тетрадях, — не просто хроника сражений. Это история о том, как хрупкий мальчик, прошедший сквозь ад, сумел сохранить в сердце доброту, а в памяти — имена тех, кто не дожил до весны 1945-го. «Пока мы помним — они живы», — повторял он, глядя на портреты боевых друзей. Сегодня эта память, как эстафета, передаётся новым поколениям — в рассказах, пожелтевших фото и берёзах, что растут на могилах солдат.