Терёшин Анатолий Иванович
Терёшин
Анатолий
Иванович
Юнга, краснофлотец, старшина 2-й статьи / пулеметчик
4.04.1926 - 2.01.1985

История солдата

     Анатолий родился 04 апреля 1926 г. в поселке Терешино Софинского сельсовета Ртищевского района Саратовской области. Его родители: отец-Терёшин Иван Иванович (1903- июль 1941 гг.), мать- Терёшина Анастасия Ефимовна (1906-1997 гг.). У него была сестра Раиса (1929-2000 гг.). С 1940 г. семья проживала в районе станции Крюково  на главном ходу Октябрьской железной дороги (ныне территория Зеленоградского административного округа г. Москвы). В 1938 г.  деревня Крюково, разросшийся посёлок железнодорожников и деревня Скрипицыно были объединены в посёлок Крюково, и станция стала полностью окружена его территорией.

   Как и все, жившие в сельском районе, Анатолий с раннего возраста помогал родителям в работах на личном подворье и в колхозе.

    22 июня 1941 г. фашисты вероломно вторглись на территорию СССР. С приближением немецких войск к Подмосковью Анастасия Ефимовна с сыном и дочерью эвакуировалась в Ярославскую область, Некрасовский р-н, поселок завода «Красный Профинтерн", жили в бане. Дети продолжали учиться в школе поселка Некрасово, который был на другом берегу р. Волга. Анастасия Ефимовна работала санитаркой в госпитале, организованном на территории завода. Её муж- Иван Иванович Терёшин, который остался в Подмосковье (Москве), в 1941 г. был призван в РККА и вскоре пропал без вести в районе станции Бологое Октябрьской железной дороги (эшелоны 252-й стрелковой дивизии подверглись жесточайшей бомбардировке немецкой авиации)

     В трудные для Отечества 40-е годы прошлого века дети нашего народа, мальчишки, рвались в бой: они осаждали райкомы комсомола и военкоматы с требованием записать их в действующую армию и флот добровольцами, уходили в партизанские отряды, пробирались без разрешения в прифронтовые полосы, добиваясь зачисления их в списки частей и экипажей кораблей. А оказавшись в боевом строю или на боевом посту упорно овладевали воинским мастерством и стремились быть наравне со взрослыми, внося свой реальный вклад в общее дело Победы. 

    Комсомолец Терёшин грезил морем, мечтал проявить себя в тяжёлую годину на военном корабле. Однажды Анатолий не пришел домой. Поиски не дали результата.  Чуть позже Анастасия Ефимовна и Раиса, работая на огороде, увидели колонну молодых ребят в военной форме, а среди них своего Анатолия. Упросили командира на день оставить юношу дома, где от него узнали, что в поселке проводился набор в школу юнг и Анатолий прошел отбор.

    В первые военные годы опытные моряки гибли массово в море и на суше, а заменить их призывниками было не просто. Тем более, что не годились и малообразованные кандидаты – они были не способны справиться с достаточно сложной корабельной техникой. На корабли отправляли отслуживших ранее резервистов, но те тоже успели многое подзабыть, да и техника не стояла на месте. Назрела необходимость создания нового училища для подготовки матросов, что могли бы нести службу в условиях войны и справляться с корабельной техникой. 

      В мае 1942 г. приказом наркома Военно – Морского флота адмирала Кузнецова Н.Г. была создана Специальная школа юнг ВМФ (позже она стала именоваться «Школой юнг Северного флота») с дислокацией на Соловецких островах. 

    (Впервые воспитанники Петровы Юнги в России появились почти одновременно с флотом – в 1707 г. Петр Великий создал первую в стране школу, где готовили молодежь в матросы. Эта школа действовала в Кронштадте. Этот Указ о создании школы юнг положил начало системной подготовке специалистов для русского флота. Юнги изучали русский язык, закон Божий, географию, физику, машинное дело, строевые занятия, физкультуру. В этой школе готовили минеров, артиллеристов, машинистов, рулевых, сигнальщиков. Школы боцманов и юнг существовали еще в царское время; после революции были ликвидированы и восстановлены буквально в преддверии Великой Отечественной. В советское время первая школа боцманов и школа юнг при ней создана в 1940 г. на острове Валаам (Ладожское озеро) для обучения юношей морскому делу и подготовки матросов. В сентябре 1941 г. юнги Валаамской школы участвовали в боях при обороне Ленинграда, в ходе которых многие из них показали образцы воинской доблести и смелости, большинство личного состава погибло при первой попытке прорыва ленинградской блокады.   Принято считать, что из 200 школьников в живых осталось 10 человек. В январе 1942 г. уцелевших валаамских юнг снова направили в Школу катерных боцманов — флоту требовались корабельные специалисты. Теперь школа размещалась в блокированном Ленинграде. Школа находилась на Васильевском острове в Учебном отряде подводного плавания имени С. М. Кирова — в Дерябинских казармах.

   Приказ о создании учебного отряда Балтийского флота в Кронштадте был подписан осенью 1942 г.– первый набор составлял около 700 человек. Сюда поступали мальчишки, самым старшим, из которых было 16 лет, имеющих 6-7 классное образование. Но, горя желанием воевать, некоторые мальчишки выправляли себе документы, чтобы начать учиться раньше. В Ленинграде также были созданы осенью 1942 г. в качестве рот при школах, обучавших новобранцев морским специальностям. 

   После восьмимесячного обучения они уходили на боевые корабли, заменяя погибших матросов. Мальчишки, получившие специальности сигнальщиков, рулевых, минеров, артиллеристов, пулеметчиков, несли службу наравне со взрослыми. Им не делали никаких послаблений, да они об этом и не просили. Юнги помимо теоретической подготовки проходили практику, в том числе выходили в море на шлюпках под парусами и веслами. Воспитывались юнги на боевых традициях русского и советского флота. Они были разные юнги военных лет: застенчивые и бесшабашные, рассудительные и отчаянные в своей решительности.… Но у всех было общее, что объединяло их в суровые годы. Это беззаветная любовь к Родине, преданность своему народу. Каждое утро они пели, чеканя шаг, приходя на занятия:

                                  Мы юнги флота, крепки, как бронь!

                                   За честь народа пойдем в огонь.

                                   Фашистам-зверям мы отомстим,

                                   В победу верим и победим!

    Важно, чтобы потомки этих юнг, вдохновлялись их биографиями, вглядывались в характеры тех, кто должен стать для них не только легендой, но и высоким образом, достойным восхищения и подражания.

    По завершению учебы юнги сдавали выпускные экзамены и распределялись на корабли ВМФ. Анатолий вступил в комсомол.        

   Родные Анатолия Ивановичи сегодня не могут точно сказать в какой из школ юнг  учился их предок. Но из рассказов старшины 2-й статьи Терёшина они помнили наверняка: он приписал себе возраст, окончил школу юнг (вероятнее всего, Кронштадтскую!), был направлен на боевой корабль Балтийского флота.

  Капитан-лейтенант Воробьев Алексей Павлович, командир 6-го отряда 4-го дивизиона малых охотников, оставил своим близким подробные воспоминания. После обработки они стали доступны в публичной печати. В этих материалах однозначно утверждается, что катера укомплектовывались краснофлотцами призывов 1926 – 1927 года. Многие пришедшие из Кронштадтской школы юнг не достигли еще 18-летнего возраста, а мотористу краснофлотцу Маркову Николаю вообще было только 16 лет.
 Скорее всего, среди них был Анатолий. Теперь уже никто не расскажет, каким образом он преодолел путь от Ярославской области до блокадного Ленинграда, Кронштадта. Выпускнику школы юнг краснофлотцу Терёшина выпала честь служить пулеметчиком (зенитным) на одном из катеров 4-го дивизиона малых охотников.

   Осенью 1943 г. сторожевые катера дивизиона отправились на зимовку в Ленинград. Экипажи катеров не только несли патрульную службу на городских улицах и охраняли стратегические объекты, но и помогали рабочим ремонтировать свои катера. 

    4 мая 1944 г. для 4-го дивизиона сторожевых катеров МО Истребительного отряда ОВР открылась новая боевая навигация. Приказом командира ОВР КМОР КБФ №0072 от 15 мая 1944 г. 4-й дивизион СКА МО был передан в состав Островной военно-морской базы (остров Лавенсари) Кронштадтского морского оборонительного района КБФ. С 12 по 16 июня, выполняя боевую задачу командования по обеспечению траления катерными тральщиками у берегов противника в районе острова Бьёрке и мыса Лайвисто в Финском заливе, капитан-лейтенант Воробьев А.П., являясь командиром охранения, под непрерывным артобстрелом береговых батарей противника умело управлял группой катеров, прикрывая дымовыми завесами катера и катерные тральщики, для чего выходил на кратчайшие расстояния к вражескому берегу. Озлобленный враг, видя, что огонь его артиллерийских батарей неэффективен,16 июня выслал 25 самолетов Ю-88 для уничтожения советских катерных тральщиков. Умело организованный заградительный огонь сторожевых катеров МО и поставленная дымовая завеса, надежно прикрыли тралящие катера от атак воздушного противника, который беспорядочно сбросил бомбы, не причинив вреда тральщикам и морским охотникам.

    4-й дивизион сторожевых катеров МО под командованием капитана 3-го ранга Лежепекова Г.И. 20 - 25 июня принимал участие в Бьёркской десантной операции Краснознаменного Балтийского флота по захвату островов Бьёркского архипелага (ныне острова Берёзовые в Финском заливе) в ходе Выборско-Петрозаводской операции. В ночь на 20 июня  звено СКА МО под командованием капитан-лейтенанта Воробьева А.П. действовало в составе отряда катеров (10 сторожевых катеров МО, 7 катеров-тральщиков, 14 торпедных катеров), который высадил усиленную стрелковую роту из состава 6 отдельного полка морской пехоты КБФ на остров Нерва в 16 милях к западу от Бьёркского архипелага. Противника на острове не оказалось. Этот остров был выбран в качестве исходного пункта для дальнейших действий флота. 

     В июле-августе катера дивизиона под непрерывным воздействием авиации противника участвовали в обеспечении боевого траления ФВК в Нарвском заливе. В течение боевой кампании 1944 г. дивизион неоднократно выполнял задания по проводке караванов судов, нес дозорную службу

      3 октября 1944 г. управление Истребительного отряда КМОР было расформировано, 1-й гвардейский, 2-й и 4-й дивизионы сторожевых катеров МО вошли в состав Охраны водного района вновь сформированного Таллинского морского оборонительного района КБФ.

      21 октября в состав 4-го дивизиона сторожевых катеров МО были поставлены новые сторожевые катера малые охотники типа "МО-Д3" («ПП-19-ОК»), построенные в 1943 - 1944 годах на заводе № 5 НКВД в Ленинграде. А катера типа МО-4 были переданы в состав 1-го гвардейского дивизиона сторожевых катеров МО. 

     Сторожевой катер типа "МО-Д3" («ПП-19-ОК»)имел следующие ТТХ: водоизмещение – 40,2 тонны, длина - 22,1 метра, ширина - 3,7 метра, осадка - 1,7 метра, 2 бензиновых ДВС «Паккард» общей мощностью 2400 л.с., скорость хода максимальная - 23,8 узла, дальность плавания 1000 миль; вооружение: 1 х 37- мм орудие, 2 х 12.7 мм пулемета «Кольт» или ДШК, 2 бомбосбрасывателя, 6 больших («ББ-1») или 8 малых («БМ-1») глубинных бомб, гидролокатор «Тамир-7»; экипаж 20 человек. Корабль, получивший обозначение МО-Д3, был создан на основе торпедного катера Д-3, с которого были демонтированы два торпедных аппарата, а на их месте установлен 37- мм зенитный автомат. При меньшем водоизмещение, чем у МО-4, этот катер имел более мощное вооружение и скорость, но уступал по таким параметрам как мореходность и дальность плавания. 

    Ещё в предвоенные годы острые флотские языки прозвали малые корабли «мошками». С крупных кораблей катерникам нередко кричали: «Эй, на мошке, не уходите далеко от берега, а то в море унесет». Но эти язвительные шутки быстро умолкли после начала войны.

     Капитану 3 ранга Лежепекову Григорию Ивановичу (он родился в 1907 г., в ВМФ с 1929 г., кавалер 5 боевых орденов) удалось в короткие сроки сколотить дивизион, как боевую единицу, из обновленного личного состава. Ускорить освоение новой техники и вооружения. Он проделал огромную работу по воспитанию пополнения, вновь назначенных командиров и офицеров катеров. Служба на катере требовало от моряков особых качеств, прежде всего: физической выносливости, инициативы, владения двумя- тремя военными специальностями, а самое главное отваги и мужества. Бытовые условия здесь были спартанскими. Моряки жили прямо на катере, спали на брезентовых чехлах, нередко питались холодными консервантами и галетами. Командирами и помощниками командиров многих катеров были назначены бывшие старшины и краснофлотцы, закончившие курсы командиров катеров и получившие офицерские звания.

      Экипаж катера «МО- 595 " с октября 1944 г. по январь 1945 г. 4-й дивизион сторожевых катеров МО обеспечивал противолодочную оборону в районе маяка Пакри близ города Палдиски. 

   Командование дивизиона отмечало стойкость, мужество краснофлотца Терёшина из экипажа катера «МО-595»  в тяжелых условиях осенне – зимнего плавания. Позднее в наградном листе комдив написал, что Терёшин в этот период из своего пулемета расстрелял 5 мин, обнаруженных на ФВК (военном фарватере контролируемом).

    18 ноября 1944 г. сторожевые катера «МО-595» и «СК-62» несли службу в парном дозоре № 23 в районе Палдиски. В 23.00 торпедой с немецкой ПЛ «U-679» был потоплен сторожевой катер «СК-62». В момент атаки он стоял, ошвартовавшись за навигационный буй, а второй дозорный катер «МО-595» был у него на бакштове. В 22.45 гидроакустики обнаружили приближение подлодки, но дать ход «СК-62» не успел, раздался взрыв, катером «МО-595» был спасен только один человек из экипажа погибшего катера. На «МО-595» взрывной волной был сорван съемный лист палубы над моторным отделением, повреждена обшивка ходовой рубки. Проведенный поиск подводной лодки результатов не дал. При разборе происшествия было отмечено, что основной причиной гибели корабля явилась халатность командиров дозорных катеров, которые в нарушение инструкции, предписывающей маневрирование на позиции, несли службу в неподвижном дозоре, пришвартовавшись к бую и заглушив моторы.
    С декабря 1944 г. в трудных условиях осенне-зимнего плавания катера дивизиона несли дозорную службу, принимали участие в операциях по поиску подводных лодок, конвоированию караванов кораблей и судов по маршруту Ханко – Вооси-Курк ,Таллин – Хельсинки.

   Служба на катерах была сложной и напряженной: это и бытовые условия, в которых приходилось находиться катерникам, это и особенности данных кораблей… Писатель Леонид Соболев, служивший на подобном торпедном катере, так оценивал службу на нём: «Эта стремительно несущаяся по воде скорлупка, футляр для торпед, приспособлена для короткого плавания, для быстрого удара. Вся она открыта, люди в ней – с ног до головы в воде от брызг и волны. Оглушительно гудят моторы, скорость требует страшного напряжения внимания. Глаза болят от солёных брызг, тело стынет в промокшей одежде, коченеет на ветру. Согреться хотя бы глотком горячей пищи невозможно, как невозможно смениться на боевом посту – все на катере несут службу бессменно. Когда же в море гуляет даже небольшая волна, плавание на катере превращается в езду на машине, которую сумасшедший шофёр гонит по железнодорожным шпалам со скоростью восемьдесят километров…».

    Рассказывая о своей службе, Анатолий Иванович вспоминал, что в студёное время ему – пулеметчику - приходилось держать при себе специальный молоточек для сколки льда, которым покрывались и тело, и спаренный пулемет, и палуба. Во время боя большая часть моряков находились внутри корпуса в закрытых помещениях, и только от их слаженности зависел общий боевой успех. Оглушительный рев моторов, свист ветра и взрывы снарядов заглушали человеческий голос, поэтому на ходу члены экипажа объяснялись условными сигналами и жестами.

    В феврале 1945 г. катера дивизиона по железной дороге были доставлены в Ригу и оттуда морем перешли в пункт маневренного базирования Швентой (Латвия).
     13 марта командиром катера «МО-595» был назначен лейтенант Шепелюк Филипп Иванович.
      23 марта 4-й дивизион сторожевых катеров МО под командованием капитана 3 ранга Лежепекова Г.И. вошел в состав Охраны водного района вновь образованной Кольбергской военно-морской базы Юго-Западного морского оборонительного района (ЮЗМОР) Краснознаменного Балтийского флота.
      В начале мая после овладения войсками 2-го  Белорусского фронта юго-западным побережьем Балтийского моря, германский флот отошел к Балтийским проливам, удержав в своих руках датский остров Борнхольм. Гитлеровцы создали на острове базу для своих подводных лодок и легких сил. В последние дни войны на Борнхольм вывозились немецко-фашистские войска и население с Балтийского побережья. По данным разведки, здесь насчитывалось более 12 тыс. солдат и офицеров. Они получили категорическое приказание своего верховного командования, исчерпав все возможности к сопротивлению, сдать остров англичанам. 

     Учитывая важное стратегическое значение Борнхольма, командование Краснознаменного Балтийского флота приступило к подготовке десанта для освобождения острова от фашистов. Необходимые силы и средства сосредотачивались в порту Кольберг (Колобжег). Общее руководство действиями по высадке десанта было возложено на командира Кольбергской военно-морской базы капитана 1 ранга Гуськова Е.В. Для участия в десантной операции на остров Борнхольм 4-й дивизион сторожевых кораблей МО получил приказание перебазироваться из Мемеля (ныне город Клайпеда, Литва в порт Кольберг(ныне Колобжег, Польша).
      Отряд из 5 катеров дивизиона («МО-590», «МО-591», «МО-592», «МО-593», «МО-595») под командованием командира дивизиона капитана 3-го  ранга Лежепекова Г.И. на «МО-591» вышел из порта Мемель поздно вечером 5 мая. Малые охотники шли вдоль берега Гданьского залива скрытно, с выключенными ходовыми огнями до тех пор, пока их не стали обстреливать с берега. Тогда им пришлось уйти от берега мористее. Около 02.00 6 мая в районе маяка Риксгефт (ныне маяк Розеве, Хельская коса) отряд катеров неожиданно столкнулся с немецким отрядом из 4 эсминцев, 5 миноносцев и рядом малых боевых кораблей, следовавшим в порт Хель в Гданьском заливе Балтийского моря для эвакуации в порт Копенгаген (Дания) войск и беженцев. После того, как с вражеского отряда был выпущен осветительный снаряд, немцы увидели несколько малоразмерных целей, которые были приняты ими за торпедные катера. По малым охотникам без промедления был открыт огонь из 127-мм орудий эсминцев и 105-мм орудий миноносцев. Советские сторожевики с обнаружением вражеского конвоя стремительно пошли на него в атаку, открыли артиллерийско-пулеметный огонь. 4 катера прорвались через строй противника и продолжили переход в Кольберг, а «МО-595», оказавшийся ближе всех к миноносцу «Т-28», принял неравный бой. Вот как описывал начало этого боя один из оставшихся в живых радист «МО-595» краснофлотец Бухтин Василий Никифорович: " Нас осветили прожекторами и сразу же открыли огонь, наверное, приняв наш катер за торпедный. Мы открыли ответный огонь, но силы, конечно же, были не равны ".

    Катер был окружен кораблями противника, но под руководством командира лейтенанта Шепелюка Ф.И., несмотря на ряд прямых попаданий и большую потерю в личном составе, продолжал вести огонь по немецким кораблям. Когда осколками снаряда был убит командир отделения рулевых краснофлотец Гагарин Леонид Александрович, лейтенант Шепелюк Ф.И., сам раненый, истекая кровью, взялся за штурвал. Маневрируя на полузатопленном катере, он командовал орудийными расчетами, продолжавшими вести огонь по врагу. Немецкие корабли в упор расстреливали маленький катер, но мужественный командир с остатками экипажа, продолжал вести бой. Снаряды буквально прошивали катер, осколки осыпали палубу. В неравном бою с кораблями противника на своих боевых постах погибли командир 9 отряда сторожевых катеров МО гвардии капитан-лейтенант Боголюбский Владимир Николаевич, боцман «МО-595» старшина 1 статьи Назаров Иван Иванович, командир отделения радистов старшина 1 статьи Завершинский Николай Андреевич, старший гидроакустик краснофлотец Никитин Виктор Николаевич. Старший комендор краснофлотец Лекомцев А.Н., будучи раненым, продолжал мужественно вести огонь из своего 37-мм автоматического орудия по врагу. Проявляя образцы мужество и героизма, участвовал в бою командир отделения минеров 17-летний краснофлотец комсомолец Бузович А.А. Будучи горизонтальным наводчиком орудия, он несмотря на контузию и легкое ранение не покидал боевого поста. Радист катера старший краснофлотец Бухтин В.Н., входивший в расчет 37-мм автомата, мужественно и умело выполнял обязанности установщика прицела и дальности. При ранении осколком в ногу он не покинул своего боевого поста до окончания боя. Комендор старший краснофлотец Ткаченко А.И. под непрерывным артогнем противника подносил снаряды, обеспечивая непрерывную стрельбу автомата. Заменил выбывшего из строя вертикального наводчика и автомат продолжал вести огонь по врагу. Он также оказывал первую помощь раненым товарищам.    

     Пулеметчик краснофлотец Терешин А.И. из зенитного пулемета ДШК мужественно и хладнокровно вел огонь, перенося его по указанию командира с цели на цель. Когда был убит боцман катера старшина 1 статьи Назаров И.И., краснофлотец Терешин А.И., перебегая с одного борта на другой, стрелял из двух зенитных пулеметов, посылая меткие очереди по кораблям противника, окружавшим катер.  Взрывной волной от вражеского снаряда Терёшин был выброшен за борт и контужен. Забравшись на борт и, несмотря на контузию, он заделывал пробоины, выполнял приказы командира

     Самоотверженно дрался с врагом на своем боевом посту пулеметчик краснофлотец Зибирев М.П., ведя интенсивный огонь из пулемета. Несмотря на многочисленные ранения, личный состав электромеханической боевой части командир отделения мотористов краснофлотец Стародуб А.Т, мотористы краснофлотцы Валышев В.А., Марков Н.В., Драгушин А.А. (большинству из которых было только 17 – 18 лет) под руководством механика катера главного старшины Сотника А.Г. обеспечивали кораблю ход и электропитание. Все они приняли мученическую смерть, но не покинули боевых постов. После пяти прямых попаданий 105-мм снарядов немецких миноносцев СК «МО-595» потерял ход и начал тонуть. Корабли противника, посчитав, что катер утонет сам, прекратили обстрел и продолжили свой путь.
     Под руководством командира, моряки катера, большинство из которых были ранены и контужены, боролись за живучесть корабля. В результате героических усилий остатков экипажа катер остался на плаву, но был сильно затоплен, из воды торчала только корма. Они все там и находились, держась, за что только могли. В таком состоянии катер был обнаружен только 7 мая немецким караваном кораблей и судов, осуществлявшим эвакуацию своих войск из Лиепаи. 8 оставшихся в живых членов экипажа «МО-595» во главе с командиром лейтенантом Шевлюком Ф.И. были сняты на одно из судов каравана, а сам катер был затоплен торпедными катерами 5-й флотилии Германии, осуществлявшими эскорт каравана.
     Вместе с кораблем погибли командир 9 отряда сторожевых катеров МО гвардии капитан-лейтенант Боголюбский Владимир Николаевич и 9 членов экипажа катера: механик катера главный старшина Сотник Александр Григорьевич; боцман катера старшина 1 статьи Назаров Иван Иванович; командир отделения радистов старшина 1 статьи Завершинский Николай Андреевич; командир отделения рулевых краснофлотец Гагарин Леонид Александрович; командир отделения мотористов краснофлотец Стародуб Александр Трофимович; старший гидроакустик краснофлотец Никитин Виктор Николаевич; моторист краснофлотец Валышев Владимир Алексеевич; моторист краснофлотец Марков Николай Васильевич; моторист краснофлотец Драгушин Анатолий Андреевич.
  Чудом оставшиеся в живых советские моряки- командир «МО-595» лейтенант Шепелюк Филипп Иванович; командир отделения минеров краснофлотец Бузович Анатолий Александрович; старший комендор краснофлотец Лекомцев Александр Николаевич; старший комендор старший краснофлотец Ткаченко Андрей Иванович; комендор старший краснофлотец Жулего Виктор Кузьмич; пулеметчик краснофлотец Зибирев Михаил Петрович; радист краснофлотец Бухтин Василий Никифорович; пулеметчик зенитный краснофлотец Терешин Анатолий Иванович - на одном из судов немецкого каравана были доставлены в один из портов Дании. Когда немецкие корабли прибыли в порт назначения, там уже были союзные войска. 

 Отметим, что в эти дни дважды спасенных моряков ждало ещё одно чрезвычайно важное событие: 8 мая 1945 г. в предместье Берлина Карлсхорсте в 22 часа 43 минуты по центрально-европейскому времени (9 мая в 0:43 по московскому времени) был подписан окончательный Акт о безоговорочной капитуляции фашистской Германии и ее вооруженных сил. ПОБЕДА!!! Ради неё были принесены огромные жертвы советского района.

   Английским командованием члены экипажа «МО-595» были направлены в свой дивизион. В порт Кольберг советские моряки добирались несколько дней «своим ходом». После тщательной проверки органами СМЕРШ и излечения, годные к службе были распределены по катерам дивизиона и продолжили службу.

       Возможно, Анатолию довелось и дальше служить со своим с командиром Шепелюком Филиппом Ивановичем на катерах Д-3-615 и Д-3-625 4-го ДСКА МО ОВР ТМОР КБФ.
 Все члены экипажа «МО-595» за геройство в бою 6 мая 1945 г. были награждены орденами и медалями. 

     Приказом командующего Юго-Западного морского оборонительного района КБФ №37 от 04 ноября 1945 г. пулеметчик зенитный краснофлотец Терёшин Анатолий Иванович был награжден орденом Красной Звезды. Ему были также вручены медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За оборону Ленинграда» .

     5 июня 1945 г. Кольбергская ВМБ была переименована в ВМБ Свинемюнде (в последующем Свиноустье) с дислокацией в этом городе и порту. Дивизион был переведен в порт Свинемюнде и базировался на правом берегу реки Свина в Угольной гавани. В трудных условиях отдаленности от основных районов базирования Краснознаменного Балтийского флота под руководством командира ВМБ Свинемюнде Гуськова Е.В. были созданы новые пункты базирования сил флота, организована охрана и оборона, созданы условия для всестороннего обеспечения сил флота и проведения мероприятий по поддержанию оперативного режима в установленной операционной зоне.

   Завершив боевые действия, военные корабли вернулись на свои базы и стали жить заботами мирного времени, и только сторожевые и тральные силы КБФ продолжали боевую работу. Десятки кораблей этого класса бороздили воды Балтийского моря, нашпигованного минами. Оно ещё долго оставалось опасным для судоходства (Балтийский флот закончил боевое траление в 1957 г.). 

  Погибшие на сторожевом катере «МО-595» моряки увековечены в городе Балтийске Калининградской области и в Книге памяти Калининградской области, том 21.

     4 июля 1949 г. 4-й дивизион сторожевых катеров МО ВМБ Свинемюнде был расформирован, отслужившие свой срок катера были исключены из списков судов ВМФ и сданы в ОФИ для разборки. 

    Анатолий Иванович заканчивал службу в 1-м Балтийском Флотском экипаже 2-го дивизиона сторожевых кораблей (БФЭ, II ДСК). 

(Заметим, что 1-й Балтийский флотский экипаж был образован 04 июня 1908 г. в Кронштадте, на острове Котлин. В Военно-Морском Флоте ВС Союза ССР Экипаж флотский — береговая воинская часть, входящая в состав флота, отдельной флотилии или военно-морской базы. Предназначен для приёма, размещения и обслуживания прибывающего пополнения, воинских команд и отдельных военнослужащих. В другом источнике указано что Экипаж флотский — береговое учреждение, осуществляющее первоначальную военно-морскую подготовку призываемых во флот).

Старшина 2-й статьи Анатолий Терёшин был демобилизован из рядов ВМФ 07 марта 1950 г.

   Ему не исполнилось и 24 лет, а он уже прошел через горнило испытаний, которых многим хватило бы на век. Впереди Анатолия ждали мирная жизнь, встреча с родными, учеба, новые рубежи. 

   Страна восстанавливала разрушенное, создавала новые предприятия, социальные объекты. Везде были нужны рабочие руки.  Анатолий Иванович выбрал для себя самую мирную профессию – строителя. Окончив курсы электросварщика, он работает в Московском строительно-монтажном тресте. Своей профессиональностью заслужил уважение руководителей и товарищей по работе. Получил от предприятия комнату в двухэтажном доме на станции «Солнечная» (в настоящее время микрорайон Солнцево). Повышая квалификацию, Анатолий Иванович закончил курсы и получил специальность газосварщика. Он принял решение о поездке в г. Магнитогорск Челябинской области на легендарный металлургический комбинат. Магнитка - один из мощнейших символов индустриализации. В сквере имени Чапаева г. Магнитогорска установлен монумент, посвящённый первым комсомольцам – строителям Магнитки, самоотверженному труду молодёжи, прибывшей в суровую уральскую степь со всего Советского Союза в 30-е годы. Комсомолец Терёшин, владея в совершенстве специальностями газо – и электросварщика, решил оставить свой след в истории предприятия. Ведь после окончания войны ММК продолжал непрерывно развиваться. Строились новые доменные и мартеновские печи, коксовые батареи, прокатные цеха, совершенствовались технологии. На монументе первым комсомольца нет фамилии Терёшина, но его работу высоко оценивали коллеги и персонал комбината. 

    Анатолий Иванович 1966 г. женился на Евдокии Сергеевне (1926-2015 гг.) и 12 октября 1967 г. у них родился сын Игорь. Родители посвятили свою жизнь сыну. Семья жила в комнате в районе Красной Пресни, затем переехала в квартиру на Проспекте Мира.   

    В быту Анатолий Иванович был знаком всей округе, к нему шли ремонтировать мебель, часы, бытовую технику – в умелых руках работа спорилась. Но было у него занятие и для души – любил паять электросхемы для приемников. У него одного из первого появился телевизор с линзой и маленьким экраном. Все соседи приходили вечерами и в выходные дни посмотреть телепрограммы. Анатолий Иванович был душой компании. Он играл на гитаре, знал много песен. Любимая песня, которую он привез с флота:

И в квартиру просторную нашу

Я войду и склонюсь над тобой.

Нежно кудри твои я разглажу

Этой жесткой матросской рукой.

Любимая далекая дочурка черноокая,

Нежно мишку укрой – вот окончится бой,

Твой отец вернется домой.

       К сожалению, Герой войны Терёшин Анатолий Иванович прожил недолгую жизнь, его сердце остановилось 02 января 1985 г. Похоронен он на Хаванском кладбище г. Москвы.

     Говорят, что Герои войны живут, пока о них помнят. Анатолий Иванович навсегда останется в памяти потомков, сына, внучек, их близких.

  Сын Игорь, окончив школу и профтехучилище, служил в 1985 – 1987 гг.  в войсках ПВО Советской Армии. Как и отец, он был отличником боевой и политической подготовки. Освоил профессию автомеханика и посвятил ей 34 года.  Пользуется заслуженным авторитетом у руководства, коллег и клиентов. Вместе с супругой воспитали дочерей Алену, 1977 года рождения (юрист, окончила Московскую юридическую академию) и Ксению, 1993 года рождения (работает медсестрой в военном госпитале им. Бурденко).  

    В 2014 г. у Анатолия Ивановича появилась правнучка Мирослава

 

     

 

Регион Москва
Воинское звание Юнга, краснофлотец, старшина 2-й статьи
Населенный пункт: Москва
Воинская специальность пулеметчик
Место рождения Поселок Терешино Софинского сельсовета Ртищевского района Саратовской области
Годы службы 1942 1950
Дата рождения 4.04.1926
Дата смерти 2.01.1985

Боевой путь

Место призыва Некрасовский РВК Ярославской области
Дата призыва 09.1942
Боевое подразделение 4-й дивизион сторожевых катеров малых охотников Краснознаменного Балтийского флота
Завершение боевого пути на Балтийском море
Принимал участие Бьёркской десантной операции КБФ по захвату островов Бьёркского архипелага и др.

      В трудные для Отечества 40-е годы прошлого века дети нашего народа, мальчишки, рвались в бой: они осаждали райкомы комсомола и военкоматы с требованием записать их в действующую армию и флот добровольцами, уходили в партизанские отряды, пробирались без разрешения в прифронтовые полосы, добиваясь зачисления их в списки частей и экипажей кораблей. А оказавшись в боевом строю или на боевом посту упорно овладевали воинским мастерством и стремились быть наравне со взрослыми, внося свой реальный вклад в общее дело Победы. 

    Комсомолец Терёшин грезил морем, мечтал проявить себя в тяжёлую годину на военном корабле. Однажды Анатолий не пришел домой. Поиски не дали результата.  Чуть позже Анастасия Ефимовна и Раиса, работая на огороде, увидели колонну молодых ребят в военной форме, а среди них своего Анатолия. Упросили командира на день оставить юношу дома, где от него узнали, что в поселке проводился набор в школу юнг и Анатолий прошел отбор.

    В первые военные годы опытные моряки гибли массово в море и на суше, а заменить их призывниками было не просто. Тем более, что не годились и малообразованные кандидаты – они были не способны справиться с достаточно сложной корабельной техникой. На корабли отправляли отслуживших ранее резервистов, но те тоже успели многое подзабыть, да и техника не стояла на месте. Назрела необходимость создания нового училища для подготовки матросов, что могли бы нести службу в условиях войны и справляться с корабельной техникой. 

      В мае 1942 г. приказом наркома Военно – Морского флота адмирала Кузнецова Н.Г. была создана Специальная школа юнг ВМФ (позже она стала именоваться «Школой юнг Северного флота») с дислокацией на Соловецких островах. 

    (Впервые воспитанники Петровы Юнги в России появились почти одновременно с флотом – в 1707 г. Петр Великий создал первую в стране школу, где готовили молодежь в матросы. Эта школа действовала в Кронштадте. Этот Указ о создании школы юнг положил начало системной подготовке специалистов для русского флота. Юнги изучали русский язык, закон Божий, географию, физику, машинное дело, строевые занятия, физкультуру. В этой школе готовили минеров, артиллеристов, машинистов, рулевых, сигнальщиков. Школы боцманов и юнг существовали еще в царское время; после революции были ликвидированы и восстановлены буквально в преддверии Великой Отечественной. В советское время первая школа боцманов и школа юнг при ней создана в 1940 г. на острове Валаам (Ладожское озеро) для обучения юношей морскому делу и подготовки матросов. В сентябре 1941 г. юнги Валаамской школы участвовали в боях при обороне Ленинграда, в ходе которых многие из них показали образцы воинской доблести и смелости, большинство личного состава погибло при первой попытке прорыва ленинградской блокады.   Принято считать, что из 200 школьников в живых осталось 10 человек. В январе 1942 г. уцелевших валаамских юнг снова направили в Школу катерных боцманов — флоту требовались корабельные специалисты. Теперь школа размещалась в блокированном Ленинграде. Школа находилась на Васильевском острове в Учебном отряде подводного плавания имени С. М. Кирова — в Дерябинских казармах.

   Приказ о создании учебного отряда Балтийского флота в Кронштадте был подписан осенью 1942 г.– первый набор составлял около 700 человек. Сюда поступали мальчишки, самым старшим, из которых было 16 лет, имеющих 6-7 классное образование. Но, горя желанием воевать, некоторые мальчишки выправляли себе документы, чтобы начать учиться раньше. В Ленинграде также были созданы осенью 1942 г. в качестве рот при школах, обучавших новобранцев морским специальностям. 

   После восьмимесячного обучения они уходили на боевые корабли, заменяя погибших матросов. Мальчишки, получившие специальности сигнальщиков, рулевых, минеров, артиллеристов, пулеметчиков, несли службу наравне со взрослыми. Им не делали никаких послаблений, да они об этом и не просили. Юнги помимо теоретической подготовки проходили практику, в том числе выходили в море на шлюпках под парусами и веслами. Воспитывались юнги на боевых традициях русского и советского флота. Они были разные юнги военных лет: застенчивые и бесшабашные, рассудительные и отчаянные в своей решительности.… Но у всех было общее, что объединяло их в суровые годы. Это беззаветная любовь к Родине, преданность своему народу. Каждое утро они пели, чеканя шаг, приходя на занятия:

                                  Мы юнги флота, крепки, как бронь!

                                   За честь народа пойдем в огонь.

                                   Фашистам-зверям мы отомстим,

                                   В победу верим и победим!

    Важно, чтобы потомки этих юнг, вдохновлялись их биографиями, вглядывались в характеры тех, кто должен стать для них не только легендой, но и высоким образом, достойным восхищения и подражания.

    По завершению учебы юнги сдавали выпускные экзамены и распределялись на корабли ВМФ. Анатолий вступил в комсомол.        

   Родные Анатолия Ивановичи сегодня не могут точно сказать в какой из школ юнг  учился их предок. Но из рассказов старшины 2-й статьи Терёшина они помнили наверняка: он приписал себе возраст, окончил школу юнг (вероятнее всего, Кронштадтскую!), был направлен на боевой корабль Балтийского флота.

  Капитан-лейтенант Воробьев Алексей Павлович, командир 6-го отряда 4-го дивизиона малых охотников, оставил своим близким подробные воспоминания. После обработки они стали доступны в публичной печати. В этих материалах однозначно утверждается, что катера укомплектовывались краснофлотцами призывов 1926 – 1927 года. Многие пришедшие из Кронштадтской школы юнг не достигли еще 18-летнего возраста, а мотористу краснофлотцу Маркову Николаю вообще было только 16 лет.
 Скорее всего, среди них был Анатолий. Теперь уже никто не расскажет, каким образом он преодолел путь от Ярославской области до блокадного Ленинграда, Кронштадта. Выпускнику школы юнг краснофлотцу Терёшина выпала честь служить пулеметчиком (зенитным) на одном из катеров 4-го дивизиона малых охотников.

   Осенью 1943 г. сторожевые катера дивизиона отправились на зимовку в Ленинград. Экипажи катеров не только несли патрульную службу на городских улицах и охраняли стратегические объекты, но и помогали рабочим ремонтировать свои катера. 

    4 мая 1944 г. для 4-го дивизиона сторожевых катеров МО Истребительного отряда ОВР открылась новая боевая навигация. Приказом командира ОВР КМОР КБФ №0072 от 15 мая 1944 г. 4-й дивизион СКА МО был передан в состав Островной военно-морской базы (остров Лавенсари) Кронштадтского морского оборонительного района КБФ. С 12 по 16 июня, выполняя боевую задачу командования по обеспечению траления катерными тральщиками у берегов противника в районе острова Бьёрке и мыса Лайвисто в Финском заливе, капитан-лейтенант Воробьев А.П., являясь командиром охранения, под непрерывным артобстрелом береговых батарей противника умело управлял группой катеров, прикрывая дымовыми завесами катера и катерные тральщики, для чего выходил на кратчайшие расстояния к вражескому берегу. Озлобленный враг, видя, что огонь его артиллерийских батарей неэффективен,16 июня выслал 25 самолетов Ю-88 для уничтожения советских катерных тральщиков. Умело организованный заградительный огонь сторожевых катеров МО и поставленная дымовая завеса, надежно прикрыли тралящие катера от атак воздушного противника, который беспорядочно сбросил бомбы, не причинив вреда тральщикам и морским охотникам.

    4-й дивизион сторожевых катеров МО под командованием капитана 3-го ранга Лежепекова Г.И. 20 - 25 июня принимал участие в Бьёркской десантной операции Краснознаменного Балтийского флота по захвату островов Бьёркского архипелага (ныне острова Берёзовые в Финском заливе) в ходе Выборско-Петрозаводской операции. В ночь на 20 июня  звено СКА МО под командованием капитан-лейтенанта Воробьева А.П. действовало в составе отряда катеров (10 сторожевых катеров МО, 7 катеров-тральщиков, 14 торпедных катеров), который высадил усиленную стрелковую роту из состава 6 отдельного полка морской пехоты КБФ на остров Нерва в 16 милях к западу от Бьёркского архипелага. Противника на острове не оказалось. Этот остров был выбран в качестве исходного пункта для дальнейших действий флота. 

     В июле-августе катера дивизиона под непрерывным воздействием авиации противника участвовали в обеспечении боевого траления ФВК в Нарвском заливе. В течение боевой кампании 1944 г. дивизион неоднократно выполнял задания по проводке караванов судов, нес дозорную службу

      3 октября 1944 г. управление Истребительного отряда КМОР было расформировано, 1-й гвардейский, 2-й и 4-й дивизионы сторожевых катеров МО вошли в состав Охраны водного района вновь сформированного Таллинского морского оборонительного района КБФ.

      21 октября в состав 4-го дивизиона сторожевых катеров МО были поставлены новые сторожевые катера малые охотники типа "МО-Д3" («ПП-19-ОК»), построенные в 1943 - 1944 годах на заводе № 5 НКВД в Ленинграде. А катера типа МО-4 были переданы в состав 1-го гвардейского дивизиона сторожевых катеров МО. 

     Сторожевой катер типа "МО-Д3" («ПП-19-ОК»)имел следующие ТТХ: водоизмещение – 40,2 тонны, длина - 22,1 метра, ширина - 3,7 метра, осадка - 1,7 метра, 2 бензиновых ДВС «Паккард» общей мощностью 2400 л.с., скорость хода максимальная - 23,8 узла, дальность плавания 1000 миль; вооружение: 1 х 37- мм орудие, 2 х 12.7 мм пулемета «Кольт» или ДШК, 2 бомбосбрасывателя, 6 больших («ББ-1») или 8 малых («БМ-1») глубинных бомб, гидролокатор «Тамир-7»; экипаж 20 человек. Корабль, получивший обозначение МО-Д3, был создан на основе торпедного катера Д-3, с которого были демонтированы два торпедных аппарата, а на их месте установлен 37- мм зенитный автомат. При меньшем водоизмещение, чем у МО-4, этот катер имел более мощное вооружение и скорость, но уступал по таким параметрам как мореходность и дальность плавания. 

    Ещё в предвоенные годы острые флотские языки прозвали малые корабли «мошками». С крупных кораблей катерникам нередко кричали: «Эй, на мошке, не уходите далеко от берега, а то в море унесет». Но эти язвительные шутки быстро умолкли после начала войны.

     Капитану 3 ранга Лежепекову Григорию Ивановичу (он родился в 1907 г., в ВМФ с 1929 г., кавалер 5 боевых орденов) удалось в короткие сроки сколотить дивизион, как боевую единицу, из обновленного личного состава. Ускорить освоение новой техники и вооружения. Он проделал огромную работу по воспитанию пополнения, вновь назначенных командиров и офицеров катеров. Служба на катере требовало от моряков особых качеств, прежде всего: физической выносливости, инициативы, владения двумя- тремя военными специальностями, а самое главное отваги и мужества. Бытовые условия здесь были спартанскими. Моряки жили прямо на катере, спали на брезентовых чехлах, нередко питались холодными консервантами и галетами. Командирами и помощниками командиров многих катеров были назначены бывшие старшины и краснофлотцы, закончившие курсы командиров катеров и получившие офицерские звания.

      Экипаж катера «МО- 595" с октября 1944 г. по январь 1945 г. 4-й дивизион сторожевых катеров МО обеспечивал противолодочную оборону в районе маяка Пакри близ города Палдиски. 

   Командование дивизиона отмечало стойкость, мужество краснофлотца Терёшина из экипажа катера «МО-595»  в тяжелых условиях осенне – зимнего плавания. Позднее в наградном листе комдив написал, что Терёшин в этот период из своего пулемета расстрелял 5 мин, обнаруженных на ФВК (военном фарватере контролируемом).

    18 ноября 1944 г. сторожевые катера «МО-595» и «СК-62» несли службу в парном дозоре № 23 в районе Палдиски. В 23.00 торпедой с немецкой ПЛ «U-679» был потоплен сторожевой катер «СК-62». В момент атаки он стоял, ошвартовавшись за навигационный буй, а второй дозорный катер «МО-595» был у него на бакштове. В 22.45 гидроакустики обнаружили приближение подлодки, но дать ход «СК-62» не успел, раздался взрыв, катером «МО-595» был спасен только один человек из экипажа погибшего катера. На «МО-595» взрывной волной был сорван съемный лист палубы над моторным отделением, повреждена обшивка ходовой рубки. Проведенный поиск подводной лодки результатов не дал. При разборе происшествия было отмечено, что основной причиной гибели корабля явилась халатность командиров дозорных катеров, которые в нарушение инструкции, предписывающей маневрирование на позиции, несли службу в неподвижном дозоре, пришвартовавшись к бую и заглушив моторы.
    С декабря 1944 г. в трудных условиях осенне-зимнего плавания катера дивизиона несли дозорную службу, принимали участие в операциях по поиску подводных лодок, конвоированию караванов кораблей и судов по маршруту Ханко – Вооси-Курк ,Таллин – Хельсинки.

   Служба на катерах была сложной и напряженной: это и бытовые условия, в которых приходилось находиться катерникам, это и особенности данных кораблей… Писатель Леонид Соболев, служивший на подобном торпедном катере, так оценивал службу на нём: «Эта стремительно несущаяся по воде скорлупка, футляр для торпед, приспособлена для короткого плавания, для быстрого удара. Вся она открыта, люди в ней – с ног до головы в воде от брызг и волны. Оглушительно гудят моторы, скорость требует страшного напряжения внимания. Глаза болят от солёных брызг, тело стынет в промокшей одежде, коченеет на ветру. Согреться хотя бы глотком горячей пищи невозможно, как невозможно смениться на боевом посту – все на катере несут службу бессменно. Когда же в море гуляет даже небольшая волна, плавание на катере превращается в езду на машине, которую сумасшедший шофёр гонит по железнодорожным шпалам со скоростью восемьдесят километров…».

    Рассказывая о своей службе, Анатолий Иванович вспоминал, что в студёное время ему – пулеметчику - приходилось держать при себе специальный молоточек для сколки льда, которым покрывались и тело, и спаренный пулемет, и палуба. Во время боя большая часть моряков находились внутри корпуса в закрытых помещениях, и только от их слаженности зависел общий боевой успех. Оглушительный рев моторов, свист ветра и взрывы снарядов заглушали человеческий голос, поэтому на ходу члены экипажа объяснялись условными сигналами и жестами.

    В феврале 1945 г. катера дивизиона по железной дороге были доставлены в Ригу и оттуда морем перешли в пункт маневренного базирования Швентой (Латвия).
     13 марта командиром катера «МО-595» был назначен лейтенант Шепелюк Филипп Иванович.
      23 марта 4-й дивизион сторожевых катеров МО под командованием капитана 3 ранга Лежепекова Г.И. вошел в состав Охраны водного района вновь образованной Кольбергской военно-морской базы Юго-Западного морского оборонительного района (ЮЗМОР) Краснознаменного Балтийского флота.
      В начале мая после овладения войсками 2-го  Белорусского фронта юго-западным побережьем Балтийского моря, германский флот отошел к Балтийским проливам, удержав в своих руках датский остров Борнхольм. Гитлеровцы создали на острове базу для своих подводных лодок и легких сил. В последние дни войны на Борнхольм вывозились немецко-фашистские войска и население с Балтийского побережья. По данным разведки, здесь насчитывалось более 12 тыс. солдат и офицеров. Они получили категорическое приказание своего верховного командования, исчерпав все возможности к сопротивлению, сдать остров англичанам. 

     Учитывая важное стратегическое значение Борнхольма, командование Краснознаменного Балтийского флота приступило к подготовке десанта для освобождения острова от фашистов. Необходимые силы и средства сосредотачивались в порту Кольберг (Колобжег). Общее руководство действиями по высадке десанта было возложено на командира Кольбергской военно-морской базы капитана 1 ранга Гуськова Е.В. Для участия в десантной операции на остров Борнхольм 4-й дивизион сторожевых кораблей МО получил приказание перебазироваться из Мемеля (ныне город Клайпеда, Литва в порт Кольберг(ныне Колобжег, Польша).
      Отряд из 5 катеров дивизиона («МО-590», «МО-591», «МО-592», «МО-593», «МО-595») под командованием командира дивизиона капитана 3-го  ранга Лежепекова Г.И. на «МО-591» вышел из порта Мемель поздно вечером 5 мая. Малые охотники шли вдоль берега Гданьского залива скрытно, с выключенными ходовыми огнями до тех пор, пока их не стали обстреливать с берега. Тогда им пришлось уйти от берега мористее. Около 02.00 6 мая в районе маяка Риксгефт (ныне маяк Розеве, Хельская коса) отряд катеров неожиданно столкнулся с немецким отрядом из 4 эсминцев, 5 миноносцев и рядом малых боевых кораблей, следовавшим в порт Хель в Гданьском заливе Балтийского моря для эвакуации в порт Копенгаген (Дания) войск и беженцев. После того, как с вражеского отряда был выпущен осветительный снаряд, немцы увидели несколько малоразмерных целей, которые были приняты ими за торпедные катера. По малым охотникам без промедления был открыт огонь из 127-мм орудий эсминцев и 105-мм орудий миноносцев. Советские сторожевики с обнаружением вражеского конвоя стремительно пошли на него в атаку, открыли артиллерийско-пулеметный огонь. 4 катера прорвались через строй противника и продолжили переход в Кольберг, а «МО-595», оказавшийся ближе всех к миноносцу «Т-28», принял неравный бой. Вот как описывал начало этого боя один из оставшихся в живых радист «МО-595» краснофлотец Бухтин Василий Никифорович: " Нас осветили прожекторами и сразу же открыли огонь, наверное, приняв наш катер за торпедный. Мы открыли ответный огонь, но силы, конечно же, были не равны ".

    Катер был окружен кораблями противника, но под руководством командира лейтенанта Шепелюка Ф.И., несмотря на ряд прямых попаданий и большую потерю в личном составе, продолжал вести огонь по немецким кораблям. Когда осколками снаряда был убит командир отделения рулевых краснофлотец Гагарин Леонид Александрович, лейтенант Шепелюк Ф.И., сам раненый, истекая кровью, взялся за штурвал. Маневрируя на полузатопленном катере, он командовал орудийными расчетами, продолжавшими вести огонь по врагу. Немецкие корабли в упор расстреливали маленький катер, но мужественный командир с остатками экипажа, продолжал вести бой. Снаряды буквально прошивали катер, осколки осыпали палубу. В неравном бою с кораблями противника на своих боевых постах погибли командир 9 отряда сторожевых катеров МО гвардии капитан-лейтенант Боголюбский Владимир Николаевич, боцман «МО-595» старшина 1 статьи Назаров Иван Иванович, командир отделения радистов старшина 1 статьи Завершинский Николай Андреевич, старший гидроакустик краснофлотец Никитин Виктор Николаевич. Старший комендор краснофлотец Лекомцев А.Н., будучи раненым, продолжал мужественно вести огонь из своего 37-мм автоматического орудия по врагу. Проявляя образцы мужество и героизма, участвовал в бою командир отделения минеров 17-летний краснофлотец комсомолец Бузович А.А. Будучи горизонтальным наводчиком орудия, он несмотря на контузию и легкое ранение не покидал боевого поста. Радист катера старший краснофлотец Бухтин В.Н., входивший в расчет 37-мм автомата, мужественно и умело выполнял обязанности установщика прицела и дальности. При ранении осколком в ногу он не покинул своего боевого поста до окончания боя. Комендор старший краснофлотец Ткаченко А.И. под непрерывным артогнем противника подносил снаряды, обеспечивая непрерывную стрельбу автомата. Заменил выбывшего из строя вертикального наводчика и автомат продолжал вести огонь по врагу. Он также оказывал первую помощь раненым товарищам.    

     Пулеметчик краснофлотец Терешин А.И. из зенитного пулемета ДШК мужественно и хладнокровно вел огонь, перенося его по указанию командира с цели на цель. Когда был убит боцман катера старшина 1 статьи Назаров И.И., краснофлотец Терешин А.И., перебегая с одного борта на другой, стрелял из двух зенитных пулеметов, посылая меткие очереди по кораблям противника, окружавшим катер.  Взрывной волной от вражеского снаряда Терёшин был выброшен за борт и контужен. Забравшись на борт и, несмотря на контузию, он заделывал пробоины, выполнял приказы командира

     Самоотверженно дрался с врагом на своем боевом посту пулеметчик краснофлотец Зибирев М.П., ведя интенсивный огонь из пулемета. Несмотря на многочисленные ранения, личный состав электромеханической боевой части командир отделения мотористов краснофлотец Стародуб А.Т, мотористы краснофлотцы Валышев В.А., Марков Н.В., Драгушин А.А. (большинству из которых было только 17 – 18 лет) под руководством механика катера главного старшины Сотника А.Г. обеспечивали кораблю ход и электропитание. Все они приняли мученическую смерть, но не покинули боевых постов. После пяти прямых попаданий 105-мм снарядов немецких миноносцев СК «МО-595» потерял ход и начал тонуть. Корабли противника, посчитав, что катер утонет сам, прекратили обстрел и продолжили свой путь.
     Под руководством командира, моряки катера, большинство из которых были ранены и контужены, боролись за живучесть корабля. В результате героических усилий остатков экипажа катер остался на плаву, но был сильно затоплен, из воды торчала только корма. Они все там и находились, держась, за что только могли. В таком состоянии катер был обнаружен только 7 мая немецким караваном кораблей и судов, осуществлявшим эвакуацию своих войск из Лиепаи. 8 оставшихся в живых членов экипажа «МО-595» во главе с командиром лейтенантом Шевлюком Ф.И. были сняты на одно из судов каравана, а сам катер был затоплен торпедными катерами 5-й флотилии Германии, осуществлявшими эскорт каравана.
     Вместе с кораблем погибли командир 9 отряда сторожевых катеров МО гвардии капитан-лейтенант Боголюбский Владимир Николаевич и 9 членов экипажа катера: механик катера главный старшина Сотник Александр Григорьевич; боцман катера старшина 1 статьи Назаров Иван Иванович; командир отделения радистов старшина 1 статьи Завершинский Николай Андреевич; командир отделения рулевых краснофлотец Гагарин Леонид Александрович; командир отделения мотористов краснофлотец Стародуб Александр Трофимович; старший гидроакустик краснофлотец Никитин Виктор Николаевич; моторист краснофлотец Валышев Владимир Алексеевич; моторист краснофлотец Марков Николай Васильевич; моторист краснофлотец Драгушин Анатолий Андреевич.
  Чудом оставшиеся в живых советские моряки- командир «МО-595» лейтенант Шепелюк Филипп Иванович; командир отделения минеров краснофлотец Бузович Анатолий Александрович; старший комендор краснофлотец Лекомцев Александр Николаевич; старший комендор старший краснофлотец Ткаченко Андрей Иванович; комендор старший краснофлотец Жулего Виктор Кузьмич; пулеметчик краснофлотец Зибирев Михаил Петрович; радист краснофлотец Бухтин Василий Никифорович; пулеметчик зенитный краснофлотец Терешин Анатолий Иванович - на одном из судов немецкого каравана были доставлены в один из портов Дании. Когда немецкие корабли прибыли в порт назначения, там уже были союзные войска. 

 Отметим, что в эти дни дважды спасенных моряков ждало ещё одно чрезвычайно важное событие: 8 мая 1945 г. в предместье Берлина Карлсхорсте в 22 часа 43 минуты по центрально-европейскому времени (9 мая в 0:43 по московскому времени) был подписан окончательный Акт о безоговорочной капитуляции фашистской Германии и ее вооруженных сил. ПОБЕДА!!! Ради неё были принесены огромные жертвы советского района.

   Английским командованием члены экипажа «МО-595» были направлены в свой дивизион. В порт Кольберг советские моряки добирались несколько дней «своим ходом». После тщательной проверки органами СМЕРШ и излечения, годные к службе были распределены по катерам дивизиона и продолжили службу.

       Возможно, Анатолию довелось и дальше служить со своим с командиром Шепелюком Филиппом Ивановичем на катерах Д-3-615 и Д-3-625 4-го ДСКА МО ОВР ТМОР КБФ.
 Все члены экипажа «МО-595» за геройство в бою 6 мая 1945 г. были награждены орденами и медалями. 

     Приказом командующего Юго-Западного морского оборонительного района КБФ №37 от 04 ноября 1945 г. пулеметчик зенитный краснофлотец Терёшин Анатолий Иванович был награжден орденом Красной Звезды. Ему были также вручены медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За оборону Ленинграда» .

Награды

орден Красной Звезды, 1945.11.04

орден Красной Звезды, 1945.11.04

медаль "За оборону Ленинграда", 1945 г.

медаль "За оборону Ленинграда", 1945 г.

медаль "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1945 г.

медаль "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1945 г.

медаль "30 лет Советской Армии и Флота",1948 г.

медаль "30 лет Советской Армии и Флота",1948 г.

медаль  "20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1965 г.

медаль "20 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1965 г.

медаль "50 лет Вооруженных сил СССР", 1968 г.

медаль "50 лет Вооруженных сил СССР", 1968 г.

медаль  "30 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1975 г.

медаль "30 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", 1975 г.

медаль "60 лет Вооруженных сил СССР", 1978 г.

медаль "60 лет Вооруженных сил СССР", 1978 г.

Документы

Наградной лист на орден Красной Звезды краснофлотцу Терёшину А.И -стр.1, 1945.11.04

Наградной лист на орден Красной Звезды краснофлотцу Терёшину А.И -стр.1, 1945.11.04

Наградной лист на орден Красной Звезды краснофлотцу Терёшину А.И -стр.2, 1945.11.04

Наградной лист на орден Красной Звезды краснофлотцу Терёшину А.И -стр.2, 1945.11.04

Фотографии

Терёшин Анатолий Иванович, старшина 2-й статьи, 1949.01.07

Терёшин Анатолий Иванович, старшина 2-й статьи, 1949.01.07

Сторожевой катер "малый охотник" типа МО-ДЗ

Сторожевой катер "малый охотник" типа МО-ДЗ

Терёшина Анастасия Ефимовна, мама героя-моряка, 1950 г.

Терёшина Анастасия Ефимовна, мама героя-моряка, 1950 г.

Терёшин А.И. с мамой Анастасией Ефимовной и сестрой Раисой,1950 г.

Терёшин А.И. с мамой Анастасией Ефимовной и сестрой Раисой,1950 г.

Терёшин Семен Иванович, дядя Анатолия Ивановича Терёшина, 1986.06.28

Терёшин Семен Иванович, дядя Анатолия Ивановича Терёшина, 1986.06.28

После войны

 5 июня 1945 г. Кольбергская ВМБ была переименована в ВМБ Свинемюнде (в последующем Свиноустье) с дислокацией в этом городе и порту. Дивизион был переведен в порт Свинемюнде и базировался на правом берегу реки Свина в Угольной гавани. В трудных условиях отдаленности от основных районов базирования Краснознаменного Балтийского флота под руководством командира ВМБ Свинемюнде Гуськова Е.В. были созданы новые пункты базирования сил флота, организована охрана и оборона, созданы условия для всестороннего обеспечения сил флота и проведения мероприятий по поддержанию оперативного режима в установленной операционной зоне.

   Завершив боевые действия, военные корабли вернулись на свои базы и стали жить заботами мирного времени, и только сторожевые и тральные силы КБФ продолжали боевую работу. Десятки кораблей этого класса бороздили воды Балтийского моря, нашпигованного минами. Оно ещё долго оставалось опасным для судоходства (Балтийский флот закончил боевое траление в 1957 г.). 

  Погибшие на сторожевом катере «МО-595» моряки увековечены в городе Балтийске Калининградской области и в Книге памяти Калининградской области, том 21.

     4 июля 1949 г. 4-й дивизион сторожевых катеров МО ВМБ Свинемюнде был расформирован, отслужившие свой срок катера были исключены из списков судов ВМФ и сданы в ОФИ для разборки. 

    Анатолий Иванович заканчивал службу в 1-м Балтийском Флотском экипаже 2-го дивизиона сторожевых кораблей (БФЭ, II ДСК). 

(Заметим, что 1-й Балтийский флотский экипаж был образован 04 июня 1908 г. в Кронштадте, на острове Котлин. В Военно-Морском Флоте ВС Союза ССР Экипаж флотский — береговая воинская часть, входящая в состав флота, отдельной флотилии или военно-морской базы. Предназначен для приёма, размещения и обслуживания прибывающего пополнения, воинских команд и отдельных военнослужащих. В другом источнике указано что Экипаж флотский — береговое учреждение, осуществляющее первоначальную военно-морскую подготовку призываемых во флот).

Старшина 2-й статьи Анатолий Терёшин был демобилизован из рядов ВМФ 07 марта 1950 г.

   Ему не исполнилось и 24 лет, а он уже прошел через горнило испытаний, которых многим хватило бы на век. Впереди Анатолия ждали мирная жизнь, встреча с родными, учеба, новые рубежи. 

   Страна восстанавливала разрушенное, создавала новые предприятия, социальные объекты. Везде были нужны рабочие руки.  Анатолий Иванович выбрал для себя самую мирную профессию – строителя. Окончив курсы электросварщика, он работает в Московском строительно-монтажном тресте. Своей профессиональностью заслужил уважение руководителей и товарищей по работе. Получил от предприятия комнату в двухэтажном доме на станции «Солнечная» (в настоящее время микрорайон Солнцево). Повышая квалификацию, Анатолий Иванович закончил курсы и получил специальность газосварщика. Он принял решение о поездке в г. Магнитогорск Челябинской области на легендарный металлургический комбинат. Магнитка - один из мощнейших символов индустриализации. В сквере имени Чапаева г. Магнитогорска установлен монумент, посвящённый первым комсомольцам – строителям Магнитки, самоотверженному труду молодёжи, прибывшей в суровую уральскую степь со всего Советского Союза в 30-е годы. Комсомолец Терёшин, владея в совершенстве специальностями газо – и электросварщика, решил оставить свой след в истории предприятия. Ведь после окончания войны ММК продолжал непрерывно развиваться. Строились новые доменные и мартеновские печи, коксовые батареи, прокатные цеха, совершенствовались технологии. На монументе первым комсомольца нет фамилии Терёшина, но его работу высоко оценивали коллеги и персонал комбината. 

    Анатолий Иванович 1966 г. женился на Евдокии Сергеевне (1926-2015 гг.) и 12 октября 1967 г. у них родился сын Игорь. Родители посвятили свою жизнь сыну. Семья жила в комнате в районе Красной Пресни, затем переехала в квартиру на Проспекте Мира.   

    В быту Анатолий Иванович был знаком всей округе, к нему шли ремонтировать мебель, часы, бытовую технику – в умелых руках работа спорилась. Но было у него занятие и для души – любил паять электросхемы для приемников. У него одного из первого появился телевизор с линзой и маленьким экраном. Все соседи приходили вечерами и в выходные дни посмотреть телепрограммы. Анатолий Иванович был душой компании. Он играл на гитаре, знал много песен. Любимая песня, которую он привез с флота:

И в квартиру просторную нашу

Я войду и склонюсь над тобой.

Нежно кудри твои я разглажу

Этой жесткой матросской рукой.

Любимая далекая дочурка черноокая,

Нежно мишку укрой – вот окончится бой,

Твой отец вернется домой.

       К сожалению, Герой войны Терёшин Анатолий Иванович прожил недолгую жизнь, его сердце остановилось 02 января 1985 г. Похоронен он на Хаванском кладбище г. Москвы.

     Говорят, что Герои войны живут, пока о них помнят. Анатолий Иванович навсегда останется в памяти потомков, сына, внучек, их близких.

  Сын Игорь, окончив школу и профтехучилище, служил в 1985 – 1987 гг.  в войсках ПВО Советской Армии. Как и отец, он был отличником боевой и политической подготовки. Освоил профессию автомеханика и посвятил ей 34 года.  Пользуется заслуженным авторитетом у руководства, коллег и клиентов. Вместе с супругой воспитали дочерей Алену, 1977 года рождения (юрист, окончила Московскую юридическую академию) и Ксению, 1993 года рождения (работает медсестрой в военном госпитале им. Бурденко).  

    В 2014 г. у Анатолия Ивановича появилась правнучка Мирослава.

 

 

Семья солдата

Игорь

Терёшин

Игорь

Анатольевич

Наталья

Пивень

Наталья

Сергеевна

Автор страницы солдата

Страницу солдата ведёт:
История солдата внесена в регионы: