Моя мама Зарецкая Эсфирь Яковлевна в июне 1941 года заканчивала Ленинградский первый медицинский институт. 22 июня она готовилась к последнему госэкзамену в Михайловском парке. В это время Молотов обьявил о нападении Германии на Советский Союз.

 Когда она вернулась домой, брата уже вызвали в военкомат. От только вернулся с Финской. Вернулся с обмороженными ногами. А до службы был классным футболистом.

 Всему маминому выпуску присвоили звания младших лейтенантов и без последнего экзамена отправили врачами на фронт. Так начала она службу в 32 медсанбате 80-й Любанской стрелковой дивизии народного ополчения. И все самое тяжелое время была на самой передовой. Была и на Невской дубровке и на Ораниенбаумском пятачке. Побывала в окружении, была ранена осколком мины. Не чаяла вернуться живой. Отправила в Ленинград родителям свой диплом с отличием и золотые часы, но все пропало...

 Прошла всю войну от начала и до конца. Освобождала Львов, Перемышль, Краков. Войну закончила капитаном в Кракове. Моя младшая дочка Шуламит была в Кракове в составе делегации израильских школьников и нашла там здание госпиталя, в котором служила ее бабушка...

 После войны мама переквалифицировалась в офтольмологи. Поступила и окончила клиническую ординатуру. Но защититься ей не дали - начались гонения на "безродных космополитов". Даже на работу не брали. Она поехала в Москву на прием к зам.наркому здравоохранения. Пришла в парадном мундире, с боевыми наградами. Стукнула кулаком по столу...Он вызвал секретаря и приказал: - "Девушку фронтовичку устроить. Остальным всем отказать." Так она попала в Куйбышевскую больницу, а потом в больницу им. Володарского Кировского района, где проработала офтальмологом до самой смерти в1971 году. Умерла от рака в своей больнице. Ее однополчанин, журналист Ленинградской правды Борис Чертков, на похоронах сказал: "Маленькая Асенька. Она была самой красивой девушкой у нас в полку. Спи спокойно, Асенька. Снаряды рвуться рядом..."