Симферополь

Симферополь

В ГОДЫ ВОЙНЫ

 Симферополь во время Великой Отечественной войны (1941 - 1945)

Великая Отечественная война для нашей страны началась с Севастополя. 22 июня на ночной город в 3 часа 30 минут упала первая фашистская авиационная мина. Об этом оперативно было доложено в Симферополь секретарю Крымского обкома партии В.С. Булатову, который уже через полчаса созвал заседание бюро Крымского обкома ВКП(б). Переборов растерянность, руководители области начали готовить Крым к военному положению. Уже за два первых дня войны заявления на фронт добровольцами написали более 4000 симферопольцев. 14 августа 1941 года из крымчан была сформирована 51-я армия, основу которой составили жители столицы полуострова. Свою задачу – оборона Крыма от немецко-фашистских захватчиков, 51-я армия с честью выполняла до тех пор, пока превосходящие силы противника не прорвали перекопские позиции. В ноябре 1941 года 51-я армия была эвакуирована на Тамань и включена в Закавказский фронт. Армия крымчан еще вернется в Крым – в конце декабря 1941 в составе Керченско-Феодосийской десантной операции они попытаются отбить у фашистов родную землю. А 13 апреля 1944 года, оставшиеся в живых бойцы 51-й армии, закаленные в боях солдаты-симферопольцы, выбьют врага с улиц родного города. Но до этого в июне 1941 еще было очень далеко…

В начале июля в городе оперативно развернулись курсы медсестер и вскоре несколько сотен молодых симферопольских девчонок отправились на фронт. В Симферополе сформировали отряды народного ополчения, истребительные батальоны, задачей которых была охрана тыла - стратегических объектов, заводов.

Враг подходил к Перекопу, нужно было готовиться к серьезной обороне. На командира 3-й Крымской мотострелковой дивизии (позже переименована в 172-ю стрелковую дивизию) полковника Ивана Григорьевича Торопцева было возложено создание Симферопольского укрепленного района, комендантом которого он назначался.  Солдаты - бывшие рабочие симферопольских заводов, начали устраивать противотанковые и противопехотные препятствия (рвы, воронки, заградительные заборы) вокруг города. Укрепив окраины города,  «симферопольская» дивизия двинулась на север Крыма защищать вход на полуостров. С 12 по 25 сентября симферопольцы приняли первые страшные бои в районе Армянска и Перекопского перешейка. Оставшиеся в живых части 172-й стрелковой дивизии отошли к Севастополю, где влились в армию защитников города-героя…

Не прерываясь, дни и ночи работали городские заводы. Симферопольский машиностроительный завод наладил ремонт танков и техники. Рабочие научились делать минометы и противотанковые мины. В Симферопольском депо собрали два бронепоезда.  Выполняя в день по 2-4 нормы, отправляли на фронт крымскую продукцию консервные заводы. Горожане активно сдавали белье, кровь, деньги в фонд обороны страны.  Вскоре стало ясно, что немецкие войска скоро подойдут к Крыму. 26 августа в Симферополе был организован эвакопункт 1-го класса, начавший готовить эвакуацию рабочих и служащих с семьями, предприятия, технику, партийные архивы. Четыре симферопольских консервных завода были эвакуированы в Ташкент, завод «Продмаш» - в  Воронеж. 

В Симферополе всем становилось  ясно: враг вскоре прорвется в Крым. 23 октября был создан городской комитет обороны «для сосредоточения всей гражданской и военной власти и установления строжайшего порядка в городе». В его состав вошли секретарь Симферопольского горкома ВКП (б) Серафим Владимирович Мартынов (председатель), зам. Наркома внутренних дел Крыма Афанасий Афанасьевич Пчелкин, подполковник Александр Петрович Щетинин и председатель горисполкома товарищ Филиппов (возможно, Иван Маркелович Филиппов, переведенный в Крым председатель горисполкома города Николаев).

Началась запись в народное ополчение, формировались партизанские отряды. 1,2,3-й Симферопольский отряды ушли в лес к конце октября. Командирами этих отрядов  были назначены старший лейтенант Федор Сафронович Селезнев, Христофор Константинович Чусси, Павел Васильевич Макаров.  Командовать всеми партизанскими силами Крыма назначили бывшего директора Крымского заповедника, красного анархиста-партизана А. В. Мокроусова, а комиссаром – секретаря Симферопольского горкома С. В. Мартынова.

29 октября командующий 11 армией Вермахта Эрих фон  Манштейн приказал 30-му армейскому корпусу в составе 72-й и 22-й дивизий захватить Симферополь и двигаться через перевал к Алуште, чтобы отрезать отступающие советские части. Утром 1 ноября со стороны Севастополя, обойдя по Перекопской дороге город с севера, вошел враг.

 Симферополь замолк, погрузился в тишину. Перестали летать птицы. Собаки забились под кусты городского сада. Не слышно было ни одного голоса - люди спрятались по домам, выглядывая в окна. Лишь одинокий сумасшедший старик, размахивая руками, бежал от Феодосийского моста в сторону базара и бессвязно что-то кричал. А навстречу обезумевшему старику, грохоча металлом по булыжной мостовой, надвигались танки с черным крестом на броне. За танками, словно шакалы, пригнув головы и держа автоматы на перевес, появились чужие солдаты. За несколько часов некогда солнечный и веселый Симферополь постарел, померк и принял удручающий вид.

Фашисты заняли брошенные административные здания и начали грабеж. На домах появились объявления об обязательной регистрация населения на бирже труда (ныне это дом по адресу Желябова, 17). Из библиотек изымались советские книги, их жгли в кострах тут же во дворе. Выискивали коммунистов и оставшихся раненых советских солдат и призывников. На окраине города фашисты спешно образовали несколько лагерей, куда свозили всех подозрительных. Один из таких лагерей был в Марьино, на территории нынешнего водохранилища. Одна из женщин вспоминала, что в первые дни оккупации туда забрали ее двух сыновей, только что призванных в армию вчерашних школьников. Мать зажарила дома две курицы, отнесла охранникам лагеря и те отпустили ребят домой. Но очень быстро такие вольности кончились.

Фашисты начали расстреливать. В устрашение стали вешать людей на деревьях и столбах в центре города. Вешали тех, кто укрывал коммунистов. Тех, кто опоздал на работу или не явился на регистрацию. Но больше всего людей висело с табличками «За укрывание евреев». Это были те, кто пытался спасти своих друзей и родных. 

Уже в первый день оккупации на улицах появились объявления, в котором приказывалось «всем жидам обеих полов» носить на рукаве белую повязку с изображением шестиконечной звезды. Фашисты организовали еврейский комитет, в котором все евреи города обязаны были зарегистрироваться. Уклонившихся от регистрации выявляли и вешали на главных улицах города. 

Евреев стали ежедневно использовать на принудительных и самых грязных работах.  Приказали сдать в фонд армии Вермахта одежду, постельное белье, посуду, ценности, деньги. Вскоре стало ясно, что немецким солдатам не хватает жилья и пропитания в городе. Было решено очистить Симферополь от части населения, чье жилье будет передано солдатам. 9-10 декабря был объявлен приказ об обязательной явке всех евреев, крымчаков и цыган с запасом еды и одежды на сборные пункты. Пункты располагались в здании бывших Талмуд-Торы, обкома партии и мединститута.   Полицейские команды города выявляли евреев по домовым книгам и отправляли на сборные пункты. Несколько дней тысячи людей без еды, воды, туалета находились в запертых помещениях. 11-13 декабря их начали грузить в автомашины и вывозить на восточную окраину Симферополя, на 10-й километр Феодосийского шоссе. Здесь обреченных выталкивали из авто и подводили к краю  глубокого противотанкового рва. Фашисты смеялись и толкали дулами автоматов в спины. Споткнувшихся избивали и поднимали пинками. Кричащих от страха и холода детей били прикладами в голову. Обезумевшие люди поднимали руки к небу, прося у Бога защиты. Кто-то тихо шептал слова молитвы, кто-то в истерике падал на колени, кто-то молча смотрел в землю. Раздался нестройный автоматный залп. Следующая очередь слалась в единый вой со стонами и криками. Когда все окончилось, солдаты подошли к кровавой груде тел. Кто-то застонал – в его сторону полетели пули. И все смолкло. На несколько секунд весь мир остановился и замолк. Не слышно было лающей немецкой речи, не слышно было гула машин на шоссе. Не слышно было ни стона. Души умерших поднимались в небеса. Через десять минут машины подвезли новую партию  и снова приклады, крики, автоматная очередь и тишина. Так повторялось несколько дней...

В расстрелах участвовали зондеркоманда 11б, подразделение штаба айзантцгруппы «Д», подразделения зондеркоманд 10б и 11а, 2-й взвод 2-й роты фельджандармерии №683. Людей ставили ко рву группами человек по 300, заставляли снимать верхнюю одежду, сдавать ценности.  Маленьких детей отбирали у родителей и смазывали им губы цианистым калием. Точное количество человек, уничтоженных с 11 по 14 декабря в противотанковом рву у Симферополя не известно. По самым общим подсчетам, фашистами в рамках акции по уничтожению еврейского населения города, было расстреляно около 14 000 человек.

Известны конкретные имена плачей-организаторов этой чудовищной бойни в Симферополе. Командовал айзантцгруппой «Д» группенфюрер СС, генерал-лейтенант полиции Отто Олендорф. Айзантцкомандой 11б руководил оберштурмбаннфюрер  СС Карл Рудольф Вернер Брауне. На Нюрбергском трибунале нацистские преступники Брауне и Олендорф  были приговорены к казне через повешение. 7 июня 1951 года приговоры был приведены в исполнение. Службой безопасности (СД) Симферополя и зондеркомандой 11a руководил оберштурмбанфюрер Пауль Йоханнес Цапп. Был схвачен и приговорен к пожизненному заключению за убийство 13 444 человек только в 1970 году.

Территорию Крыма нацистское командование включило в состав Рейхскомиссариата «Украина» под названием «Генеральный округ Крым-Таврия». Генеральный комиссаром округа был назначен Альфред Эдуард Фрауенфельд, активно выступавший за идею заселения Крыма немцами из итальянской провинции Южный Тероль. По этому проекту Крым предполагалось переименовать в Gotenland, а Симферополь в город Gotenburg. Лично Гитлер поддержал данный проект, но решил дать ему старт после окончания войны.

 В Симферополе переименовали улицы: Карла Маркса стала называться Гаупштрассе (Главная улица),  Ленина – Паркштрассе (Парковая улица), бульвар Ленина - Бангофштрассе (Вокзальная), Карла Либкнехта – Дойченштрассе (Немецкая), Желябова – Итальянская.

Сады и скверы города определили под постой воинских частей и автомашин.  Части и гаражи были устроены в саду Щербины (ныне Детский парк), в горсаду, Ленинском парке (бульвар Ленина), в устье Петровской балки, на окраине города на территории нынешнего водохранилища, в деревнях Битак и Курцы.  Руководство оккупационных властей заняло лучшие здания города. В бывшем доме Симферопольского городского Совета на улице Пушкина находился Штаб командующего 11-й немецкой пехотной армии фельдмаршала Эриха фон Манштейна. С ноября 1943 года командующим немецкими частями в Крыму был назначен командующий 17-й армией генерал-полковник Эрвин Густав Йенеке.

В больницах города разместили лазареты. Сразу же выкинули всех больных из городской больницы. Кто смог уйти домой – ушли, кто нет – погиб.  В этой же больнице (сейчас поликлиника имени Семашко) фашисты проводили смертельные опыты на живых людях. В марте 1942 года оккупантами за один день были уничтожены 447 пациентов городской психиатрической больницы. Понимая, что психически больным неминуемо грозит смерть от рук фашистов, их пытается спасти главный врач клиники профессор Наум Исидорович  Балабан. Доктор поделывал справки, спешно выписывал из больницы пациентов. Таким способом он спас несколько тысяч человек, у которых за забором психбольницы было больше шансов выжить. В марте 1942 года профессор Балабан вместе с женой были расстреляны фашистами.

В ответ на жестокие убийства симферопольцы не молчали. Несколько вражеских офицеров и солдат были убиты горожанами уже в первые дни оккупации. Но фашисты тут же дали жесткий ответ – устраивали облавы и казнили по 50 человек за каждого убитого немца или румына.

Городские народные мстители начали объединяться в  подпольные группы. Собирались по велению сердца и с одной целью – убивать, мстить, вредить захватчикам. Первыйх симферопольских мстителей никто не координировал, никто их не обучал диверсионной борьбе и премудростям конспирации.  Первые две группы в городе почти одновременно возникли в ноябре 1941 года. Их возглавили уже взрослые коммунисты - одной руководил Федор Иванович Беленков, а другой Иван Георгиевич Лексин. Федор Беленков был арестован и расстрелян уже в декабре 1941. Группа И. Г. Лексина («дядя Ваня») насчитывала 78 человек и продержалась дольше. Иван Лексин объединил подпольщиков, работающих на авторемонтном заводе, депо и ж/д вокзале станции Симферополь. Группа была разбита на 8 подгрупп, в каждую из которых входило от 4 до 10 человек. Активно вели пропаганду в оккупированном городе члены группы Лексина - комсомольцы Игорь Носенко, Леонид Тарабукин, Владимир Дацун. Ребята собрали радиоприемник, переписывали сводки Совинформбюро и распространяли в городе.

Чуть позже начала объединяться в подпольные группы молодежь – бывшие школьники и студенты. Первая молодежная группа была создана Николем Долетовым и Борисом Хохловым и включала 12 человек. В нее входили Владлен Батаев, Семен Кусакин, Лида Трофименко и ее двоюродная сестра Зоя Рухадзе, Зоя Жильцова, Шура Цурюпа, Владлен Ланский, Евгений Семняков, Шамиль Семирханов, Костя Панусис. Все они были учениками 14 школы, в июне 1941 окончившими 9-й класс. Сначала ребята расклеивали на улицах города сотни рукописных листовок, призывающие жителей противостоять оккупантам. Потом Анатолий Косухин вместе с Борисом Хохловым и Иваном Нечипасом собрали приемник, по которому принимали сводки  Совинформбюро. Затем соорудили печатный станок и устроили подпольную типографию. Стали  печатать листовки «Вести с Родины» общим тиражом около 15 000 экземпляров. Ребята наладили связь с партизанами и передавали в лес донесения о ситуации в городе. И это все мальчишки, которым тогда было 16-18 лет! 6 мая 1942 года 17-летний Николай Долетов  был арестован  гестаповцами и казнен. Группа ушла в подполье до весны 1943 года.

Другой парень - Василий Бабий, объединил вокруг себя учеников 1-й средней школы, окончивших 9 класс. И дал группе романтическое и грозное название: «Особая диверсионная»! Василий Бабий поступил работать в  ж/д депо и там отыскал детали винтовок и автоматов. Ребята смастерили обрезы и начали устраивать дерзкие вооружённые диверсии. У мальчишек не было чувства страха. Только ненависть к врагу и юношеский рисковый задор.  Они убили несколько солдат, забрали их форму. Переодевшись полицаями и солдатами, напали с оружием на интендантский склад, подожги нефтебазу, взорвали несколько складов с боеприпасами. Всего совершили 23 серьезные диверсии, уничижив до 80 фашистов. Самым отчаянным было нападение в центре города на казино «Вена». Мальчишки ворвались в казино и расстреляли немецких офицеров, игравших в карты.

Молодые симферопольские подпольщики начали активно действовать с весны 1943 года. Разрозненные группы объединились в единую Симферополь­скую подпольную организацию (СПО). СПО возглавил Семен Кусакин. Через несколько месяцев парень был схвачен фашистами и после пыток казнен. Его место временно занял Борис Хохлов. 4 октября 1943 года ребята утвердили командиром Анатолия Косухина. Борис Хохлов стал выполнять функции комиссара и  секретаря комсомольской организации. Евгений Семняков был назначен руководителем диверсионных групп. Юные подпольщики избрали комитет организации в состав которого вошли: Анатолий Кусакин, Борис Хохлов, Женя Семняков, Лида  Трофименко, Вася Бабий, Зоя Жильцова, Шамиль Семирханов и Володя Ланский. Тогда же было решено каждому члену организации дать подпольные клички. Анатолий Косухин стал «Дядя Костя», Боря Хохлов – «Светлов», Лида Трофименко – «Свободина», Вася Бабий – «Черский», Витя Долетов – «Орленок», Элик Стауэр – «Павлик», Яша Морозов – «Миша»,  Володя Ланский – «Донской».

В составе СПО были организованы отдельные группы:

1-я диверсионная группа под руководством Василия Бабия (район действия – город)

2-я диверсионная группа под руководством Зои Жильцовой (район действия - железнодорожный транспорт)

1-я агитационная группа под руководством Бориса Хохлова

Группа особого назначения под руководством Шамиля Семирханова проводила разъяснительную работу среди «добровольцев» и татар.

Агитационно-разведывательно-диверсионная спецгруппа «С» (связи) под руководством Валентина Гаршина.

Симферопольская подпольная организация под общим руководством Косухина и Хохлова активно и яростно вела борьбу с врагом. Подпольщики-диверсанты устраивали засады на гитлеровцев, нападали на склады с боеприпасами и обмундированием, освобождали советских военнопленных, совершили диверсии на железной дороге. Ими были взорвано более 630 тонн горючего, подорвано более 20 вагонов с боеприпасами, склад с авиабомбами, сожжено более 20 автомашин. Был взорван главный бак водонапорной башни станции Симферополь, перебиты трубопроводы, городские телефонные кабеля. Даже заминирован и взорван один самолет. Партизанам из города систематически доставлялись ценные сведения и «языки». В лес к партизанам мальчишки переправили 103 мирных жителя, которым угрожал арест и расстрел. За время действия организации было уничтожено 89 фашистов. Оккупанты яростно искали молодых подпольщиков, используя предателей и серьезный опыт нацистской разведки и полиции.

  К осени 1943 года на «Большой земле» стало понятно, что в Симферополе действует четкая и многочисленная подпольная молодежная организация, которой необходима организационная помощь. В сентябре 1943 года для руководства крымским подпольем с материка в Крым был заброшен Иван Андреевич Козлов, опытный большевик и организатор. Отныне молодые подпольщики работали под руководством и заданию партийного центра.

Всего через СПО прошел 81 подпольщик-диверсант. Как трудно, страшно и неправильно применять это слово к 17-19 летним мальчишкам и девчонкам. Они должны были учиться в школе и университете, жить, влюбляться, радоваться родному Симферополю – красивому южному городку. Но очень быстро эти ребята повзрослели, забыв юношеские забавы и игры. Взрывчатка и листовки стали их повседневностью. Не о танцах и поездках на море они теперь думали. Каждую минуту следили они за взрослыми людьми со знаками свастики на форме. Ненавидели их и убивали. За смерть своих родных и друзей. За жизнь будущих поколений.

Конечно, не только школьники 13-19 лет воевали в подполье с врагом. Были и взрослые подпольщики, создавшие группы на предприятиях, где они работали во время оккупации. Кого-то специально присылали в город «из леса» для организации подпольной борьбы.

Абдулла Сейдаметович Дагджи («дядя Володя») 1900 года рождения был прислан в Симферополь из Ялтинского партизанского отряда в сентябре 1942. Он собрал подпольную группу около 60 человек, большинство из которых составляли крымские татары. Задача группы Дагджи была особая. Подпольщики вели активную агитацию среди полицаев и татар, перешедших на службу к фашистам.

Экскурсовод и учитель географии Александра Андреевна Волошинова («Муся») вместе с мужем Иваном Михайловичем (тоже учителем географии) организовали подпольную организацию, насчитывавшую 60 человек. Организацию «Муся» поделила на 8 групп. Группами руководили В. К. Ефремов («Хрен»), Н. С. Усов, А. И. Иванова («Мать»), О. М. Щербина, Т. В. Малик, А. А. Досычев, Е. К. Пахомова и Г. Ф. Самарская. Группа Виктора Ефремова провела 22 крупные диверсии на железной дороге, взрывали вагоны и эшелоны, уничтожала коммуникации. 

Театральный художник Николай Андреевич Барышев  и актриса театра Александра Фёдоровна Перегонец организовали подпольную группу «Сокол» в Симферопольском театре. В группу Барышева-Перегонец входило около 60 человек. Вели агитацию, устроили несколько крупных диверсий, спасали от угона в Германию несколько десятков молодых симферопольцев, составили  план города с военными объектами врага. Они были хорошими актерами – они играли на сцене и в жизни, не выдавая своей ненависти к врагу. Их никто не учил быть подпольщиками и диверсантами, но они отлично исполнили эту самую важную в их жизни роль.

Бывший директор школы села Пионерское, учитель Степан Васильевич Урадов («Лука») с женой Таисией организовал крупную подпольную группу, наладившую связь с партизанами.  

Группа около 90 человек была создана на хлебозаводе коммунистом П. П. Топаловым («дядя Юра»).

Красноармеец и чекист Яков Прокофьевич Ходячий («дядя Яша») организовал серьезную разветвленную подпольную сеть, связанную с другими группами и партизанами. 

Была еще группа С. Ф. Бокуна («Филиппов») на обувной фабрике, группа  В. Э Лавриненко («Кошка»), группа И.Г. Левицкого («Мотя») и другие.

В основном, все эти группы действовали разрознено. Но с осени 1943 года Симферопольский подпольный городской комитет партии во главе с Иваном Андреевичем Козловым объединил 42 боевые подпольные городские организации и группы. Общее количество взрослых и юных подпольщиков составило около 320 человек. Симферопольский подпольный комитет находился в доме по ул. Карла Либкнехта, 33, в квартире, где жил И. А. Козлов. Секретарем подпольного горкома ВКП (б) стал И. А. Козлов («Андрей»), заместителями Евгения Лазаревна Лазарева («Нина») и Анатолий Косухин («Дядя Костя»).

За скупыми строчками официального донесения руководителя областного подпольного центра Петра Романовича Ямпольского от 22 октября 1943 года кроется ежедневный героизм и риск подпольщиков. Их ненависть к врагу и приближение Победы с каждой диверсией, с каждой листовкой, с каждым патроном: «По организации Бориса Хохлова. (Светлова). Организация работает хорошо. Приемник работает. Типография работает так же регулярно. Последняя листовка выпущена в количестве 40 экз. Диверсионная группа этой организации заложила мину под склад горючего на 300 бочек… Группа Гюрегьяна (Ивана) работает... Организация Жбанова. Литературу реализовала. 7 октября заложила мину под вагон с войсковой почтой. Вагон сгорел. Немцы обвинили своего часового в неосторожности, будто это по его вине. В тот же день на станции Симферополь пущены паровоз на паровоз, оба разбились… С дядей «Юрой» (Топалов) связь возобновил. Имеет он 12 человек, а каждый из них имеет свою группку. «Юра» занялся сберечь хлебозавод. У него есть инженер, который знает, как разминировать. Просит оружие и материальную помощь… Установлена связь с новой группой на обувной фабрике № 1 – 6 человек. Руководитель – Бокун Семен Филиппович (Филиппов). Вручена литература. Вручена мина, которую они должны поставить в Чокурчинском саду, где находится склад боеприпасов. Филиппов принял задание на сохранение оборудования фабрики… Установлена связь с небольшой группкой на электростанции (всего 2 человека). Старший – Жирман Петр Сергеевич (Шура), член ВЛКСМ. Это хоть и небольшая группка, но очень важная. Ребята боевые. 9 октября ими выведены из строя 2 новых трансформатора, установленных немцами. Им дано указание установить систему электроподрывателей. Эти товарищи должны будут сделать большое дело. Вручена литература. Даны указания по их работе и поведению…».

 В начале весны 1944 года секретарь Симферопольского подпольного горкома ВКП (б) Иван Андреевич Козлов писал в отчете: «… патриотическими группами были охвачены многие предприятия и учреждения города: станция Симферополь – Ефремов, депо Симферополь – Малик, станция Сарабуз – Н. Шевченко, Сарабузский аэродром – Масунов, Симферопольский хлебозавод – Топалов и Глущенков, обувная фабрика – С. Ф. Бокун, связь – Гюрегьян, завод «Трудовой Октябрь» - Сергеев, типография – Драчев, гортеатр – Барышев, стройконтора и водопровод – Новиков, горбольница – Какошкина, тубдиспансер – Зеленская и Казанский, детдом – Москвитина, транспортно-гужевая контора – Мелешко».

 

Конечно же, фашисты не дремали. Они активно использовали предателей, которые и выдавали героев-патриотов. В июне 1943 года фашистами были арестованы и казнены 35 членов подпольной группы А.С. Дагджи.  В июне 1943 года была сдана группа Ходячего. С декабря 1943 по апрель 1944  начались наиболее активные аресты подпольщиков. В декабре 1943 был схвачен и казнен Борис Хохлов. В марте 1944 были арестованы и после жестоких пыток казнены Зоя Рухадзе, Виктор Ефремов, Семен Кусакин, Володя Боронаев, Виктор Астахов, Леня Самойличенко, Владлен Батаев, Владимир Лавриненко, Владимир Ланский, Шамиль Нечипорук, Иван Левицкий, Николай Соколов, супруги Александра и Иван Волошиновы и еще десятки героев-подпольщиков. В марте, после окончания премьеры театрального сезона, на сцене была арестована группа Николая Барышева и Александры Перегонец (З. П. Яковлева, Д. К.  Добросмыслов, П. И. Чечеткин, И. Н. Озеров, П. Т. Ефимова, О. А. Савватеев). Тогда же арестовали Степана и Таисию Урадовых. Супруги Урадовы и подпольщики-артисты театра после пыток были казнены 10 апреля 1944 года. Они не дожили  3 дня до освобождения Симферополя от ненавистного врага…

Была окружена, но сумела с боем уйти от фашистов к партизанам «Особая диверсионная» Василия Бабия.

После победы постановлением бюро Крымского обкома ВЛКСМ  к правительственным наградам были представлены 35 человек - подпольщики Симферопольской подпольной комсомольской организации. Но по каким-то соображениям бюро ВКП (б) оставило в наградном списке только 19 человек. И даже из этих 19 героев награды многим были понижены, а большинству и не вручены.  Командир Симферопольской подпольной комсомольско-молодежной организации Анатолий Косухин и командир «Особой диверсионной» Василий Бабий были представлен к высшей награде «Герой Советского Союза».  Но... В вышедшей после войны книге И.А. Козлова «В крымском подполье», оказались строчки о том, что юные подпольщики были «недисциплинированны, самонадеянны, не прислушивались к мудрому руководству партии». Этого стало достаточно, чтобы звезду Героя Косухину и Бабию заменили на орден Ленина.

Анатолий Николаевич Косухин и Василий Иванович Бабий после войны выучились, ушли в науку. Кандидат технических наук Анатолий Косухин стал профессором, генеральным директором специализированного научно-производственного объединения «Союзвузприбор» г. Москвы. Доктор технических наук Василий Бабий стал крупным ученым в области горения углей, зав. лабораторией сжигания твердого топлива Всесоюзного теплотехнического научно-исследовательского института имени Ф.Э. Дзержинского города Москвы. Решением сессии Симферопольского городского Совета Косухину А.Н. и Бабию В.И. было присвоено звание «Почетный гражданин города Симферополя».

В память о славных героях сегодня в городе есть улицы, названные именами погибших в фашистских застенках симферопольских подпольщиков: Семена Кусакина, Бориса Хохлова, Николая Долетова, Владимира Батаева, Владимира Дацуна Степана Урадова, Петра Ларионова, Евгения Зубцова, Виктора Ефремова, Семена Бокуна, Леонида Тарабукина, Владимира Лавриненко, Анатолия Досычева, Зои Жильцовой, Зои Рухадзе, Людмилы Скрипниченко, Игоря Носенко, Алексадры и Ивана Волошиновых, Александры Перегонец, Николая Барышева, Олега Савватеева, Ильи Озерова, Павла Чечёткина, Дмитрия Добросмыслова, Зои Яковлевой, Прасковьи Ефимовой. Появилась улица в честь руководителя подполья Ивана Козлова. И общая – улица Молодых подпольщиков. Почему-то улицу в честь подпольщика Евгения Семенякова потом переименовали в улицу Мокроусова. Уже в последние десятилетия появились в городе улицы в честь Анатолия Косухина и подпольщиков крымских татар - Дагджи Абдуллы, Усеин Усеин-заде, Хатидже Чапчакчи.

 

Когда весной 1944 года наши войска стали теснить врага и началась операция по освобождению Крыма, фашисты  решили замести следы своих зверств. Почти все, содержавшиеся в подвалах симферопольского СД (жители города всегда называли эту службу общим словом «гестапо») подпольщики были казнены. Они не дожили 3-4 дня до полного освобождения от оккупантов их любимого города.   

Массовые казни арестованных в период с 1 по 12 апреля велись на северо-западной окраине Симферополя в концлагере «Красный». Концлагерь «Красный» фашисты организовали уже осенью 1941 года, на месте бывшего птицеводческого колхоза. Сюда свозили арестованных военнопленных, подпольщиков, гражданских. И уничтожали. Жгли на кострах, сбрасывали в глубокие колодцы, расстреливали, душили в душегубках, истязали до смерти. Это был «лагерь смерти». Общее количество замученных в лагере никто никогда уже не узнает. Фашисты уничтожили документы. По самым скромным подсчетам здесь нашли свою смерть около 15 000 человек. Руководителем лагеря был лейтенант Карл Шпекман. его заместители – Ганс Гунце и Ганс Рейнер, комендантом лагеря – Пауль Краузе.

Расстрелы вели не только на территории лагеря «Красный», но и в нескольких километрах к югу – на окраине села Дубки у шоссе Симферополь - Николаевка. В Дубках, на территории небольшого карьера по добыче песка и в оврагах было расстреляно около 8700 человек.

После освобождения города  организовали комиссию по расследованию злодеяний фашистов. Были разрыты братские могилы, велся подсчет убитых, по требованию тела выдавались родственникам. Количество обезображенных и неузнаваемых тел велось на тысячи и комиссия принимает решение: «Из санитарных (медицинских) соображений дальнейшее вскрытие мест расправ и подъем тел на поверхность прекратить». Сколько сотен или тысяч людей так и остались лежать в братских могилах на окраине Симферополя – не известно. Сейчас на окраине села Дубки, над бывшими местами расстрелов плотно растут деревья и кустарники. И лишь просадки в почве напоминают, что земля здесь навечно хранит страшные воспоминания.

Известно, что вместе с фашистами расстрелы проводили коллаборационисты из 147-го и 152-го татарских добровольческих батальонов. Многие предатели, участвовавшие в пытках и убийствах, скрывались после войны и адаптировались в мирную жизнь.  Но органы КГБ не прекращали поиск палачей. И к началу 1970-х годов были выявлены несколько человек, служивших в охране симферопольского концлагеря и участвовавших в массовых убийствах. В 1972, 1974 и 1977 годах в Симферополе над выявленными карателями прошли открытие судебные процессы, получившие название «Симферопольские Нюрберги». Судебные процессы проходили в зале Дома культуры Симферопольского консервного завода имени Кирова. Зал был переполнен обвинителями, свидетелями, журналистами. Сотни жителей города, которые еще ясно помнили ужасы войны,  собрались на улице перед зданием дома культуры. На улицу были направлены громкоговорители, транслирующие происходящее в зале суда. Симферополь замер в горечи воспоминаний и гневе справедливого возмездия. В 1972 году перед судом предстали шесть карателей 152-го батальона: Тейфук Ходжаметов, Якуб Курвелиев, Шевкет Салаватов, Семен Парасотченко, Николай Кулик. 12 июля 1972 года палач Кулик был приговорен к 15 годам лишения свободы, остальные – к расстрелу. В 1974 год на скамье подсудимых оказались еще трое карателей – Шихай Асанов, Нарсула Мензатов, Энвер Менаметов. 29 ноября 1974 года суд приговорил  палача Мензатова к 15 годам колони, Асанова и Менаметова – к расстрелу.   В 1977 году на скамье в заде суда оказались Мамет Мамутов, Сентабдулла Мухтаров и Артур Вольф. 3 июля 1977 года – приговор: Мухтарова – к 12 годам колонии,  Вольфа и Мамутова – к расстрелу.

В 1972 году, на месте расстрелов советских граждан в Дубках установлен памятник работы скульпторов Л. С. Смеричинского и Е. И. Максименко. Над землей возвышается семиметровая фигура женщины с поднятыми руками, сжатыми в кулаки и лицом, на котором читается ненависть к врагам. А 8 мая 2015 года на месте бывшего концлагеря открыт музейно-мемориальный комплекс  «Концлагерь Красный».  

 

В панике и агонии педантичные фашисты жгли документы и расстреливали свидетелей. Для ускорения процесса было принято решение уничтожить городские коммуникации, взорвать здания, в которых располагались оккупационные службы. Город начали спешно минировать и готовить к полному уничтожению. Правительственные учреждения, жилые многоэтажные дома, все заводы, вокзал, институты, больницы, мосты, склады… Всего было заминировано 34 крупных городских здания. Все провода были подведены к одному рубильнику в подвале старого городского почтамта. Основные силы противника начали покидать город, оставив несколько отрядов для прикрытия отступающих. Фашисты успели поджечь здание гостиницы «Европейская», здание швейной фабрики, здание автостанции (пассаж Анджело) и ряд других. 

Подпольщики оповестили партизан о готовящемся подрыве города. Из леса пришел приказ составить схему минирования и попытаться спасти Симферополь. В ночь с 11 на 12 апреля 1944 года группа из 26 подпольщиков под руководством Анатолия Сосунова, переодевшись в фашистскую форму и вооружённые автоматами вышли на улицы Симферополя. К ним присоединились группа Василия Бабия и Анатолия Косухина из 43 человек.  Методично перерезали провода и расстреливали встречающихся на улицах факельщиков, подрывали уходящие из города автомашины. Группа в составе Валентина Гаршина, Якова Морозова, Виктора Долетова и Алексея Чистякова сумела обезвредить взрывчатку под Феодосийским и Архивным мостами. Ребята потушили пожар на телефонной станции,  обезвредили от взрывчатки городские телеграфные столбы и сохранили линию связи. Ворвавшись в здание почтамта, подпольщики уничтожили охрану и обезвредили пульт взрывного устройства. Социальные объекты города и многие дома его исторического центра были спасены от взрыва и пожара. Так закончилась последняя героическая акция симферопольских подпольщиков.

Почти полтора дня с 12 апреля по середину 13 апреля город был уже оставлен оккупантами, но в него еще не зашли наши передовые части.  В эти дни советскую власть представляли подпольщики и партизаны, вошедших в город бригад Федора Ивановича Федоренко и Христофора Константиновича Чусси. На стенах центральных зданий появился рукописный приказ: «Сегодня, 13 апреля 1944 года, крымские партизанские отряды Северного соединения с боем вступили в город Симферополь. Охрана революционного порядка в городе осуществляется партизанами. Призываем всех граждан города строжайше соблюдать революционный порядок, оказывать всемерное содействие в борьбе с мародерством и по вылавливанию шпионов, провокаторов и лиц, нарушающих порядок в городе. Командир Северного соединения партизанских отрядов Крыма П. Ямпольский. Комиссар Н. Луговой. Начальник штаба Г. Саркисьян».

По воспоминаниям Анатолия Косухина, 13 апреля в 11 часов 21 минуту подпольщики и партизаны встретились с передовыми частями 51-й армии 4-го Украинского фронта. Красная Армия вошла в город по Феодосийскому шоссе. Сначала зашли разведчики-мотоциклисты, а за ними танки 19-го танкового корпуса и 279 стрелковая дивизия под общим командованием генерал-майора В. Н. Разуваева. Рядом шел 65-й стрелковый корпус под командованием генерал-майора П. К. Кошевого.  К 16 часам 13 апреля город был полностью освобожден от фашистских захватчиков.

Долгих 865 суток симферопольцы ждали этой минуты...

 

ПРИКАЗ ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО

 Генералу армии Толбухину

 Войска 4-го Украинского фронта, развивая наступление, сегодня, 13 апреля, в результате стремительной атаки танковых соединений и пехоты овладели столицей Крыма городом Симферополь – основным опорным пунктом обороны противника, прикрывающим пути к портам южного побережья Крымского полуострова.

В боях за овладение городом Симферополь отличились войска генерал-лейтенанта Крейзера, генерал-майора Разуваева, генерал-майора Кошевого, генерал-майора Потапенко, генерал-майора Бобракова, полковника Родионова, танкисты полковника Соловьева, полковника Поцелуева, полковника Фещенко, полковника Жидкова, полковника Архипова, подполковника Хромченко, подполковника Храповицкого, майора Недилько, артиллеристы генерал-майора артиллерии Телегина, полковника Хапланова, полковника Василенко, полковника Павлова, полковника Кальниченко, подполковника Яременко, подполковника, Мациевского, подполковника Власенко; связисты генерал-лейтенанта войск связи Королева, полковника Обаничева; саперы полковника Павлова, майора Сычева и летчики генерал-майора авиации Савицкого, полковника Гейбо, полковника Карягина, полковника Пруткова, полковника Ситкина.

В ознаменование одержанной победы соединения и части, наиболее отличившиеся в боях за освобождение Симферополя, представить к присвоению наименования «Симферопольских» и к награждению орденами. 

Сегодня, 13 апреля, в 22 часа столица нашей Родины Москва от имени Родины салютует доблестным войскам 4-го Украинского фронта, овладевшим городом Симферополь, двадцатью артиллерийскими залпами из двухсот двадцати четырех орудий.

За отличные боевые действия объявляю благодарность руководимым Вами войскам, участвовавшим в боях за освобождение Симферополя.

Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины!
Смерть немецким захватчикам!

 Верховный Главнокомандующий
Маршал Советского Союза И. СТАЛИН

 

На следующий день, 14 апреля состоялся праздничный митинг жителей и героев-освободителей на котором выступил командующий 4-м Украинским фронтом генерал Ф. И. Толбухин. Это был день всеобщей радости.

А уже ранним утром 15 апреля почти все жители вышли на субботник. Субботники и воскресники по расчистке завалов продолжались еще несколько месяцев – шла генеральная уборка. Всем хотелось поскорее выбросить на свалку все, что напоминало о страшных днях. Всем хотелось украсить, умыть и обновить свой любимый город. 17 апреля началась работа на предприятиях, заработали артели и мастерские. Горожане запустили разрушенные городские заводы и начали строить новые. Первым восстановили завод имени Кирова, чтобы наладить выпуск консервов для фронта. К маю заработала радиосвязь, был пущен городской транспорт.

Но война еще продолжалась. Многие симферопольцы были на фронте и уже гнали фашиста с границ родины. Для помощи нашим войскам решено было организовать сбор средств на строительство танковой колонны «Крымский партизан». Инициаторами стали рабочие Симферопольского депо, собравшие в первый же день более 50 000 рублей. Вслед за ними крупные суммы начали вносить коллективы городских заводов и предприятий, горожане, школьники.   Симферопольцы, пережившие ужасы оккупации, были рады своим вкладом помочь скорой победе над врагом. Часто продавали одежду, фамильные драгоценности,  посуду. Вся выручка шла на сбор для танковой колонны. А по инициативе учеников и учителей 1-й женской средней школы Симферополя, собирали металлолом и деньги на танк «Крымский школьник».

По итогам своих подвигов на полях сражений Великой Отечественной войны семь уроженцев Симферополя удостоены звания «Герой Советского Союза». Гладков Александр Васильевич (генерал-майор), Карлов Валентин Андреевич (полковник, летчик), Мельниченко Михаил Павлович (гвардии лейтенант, летчик), Покровский Георгий Федорович (полковник, партизан), Раснецов Анатолий Михайлович (гвардии генерал-майор, летчик), Розенко Николай Петрович (гвардии младший сержант, пехотинец, посмертно), Рыбалко Иван Федорович (капитан, пехотинец, посмертно).