Аркадий Васильевич Жариков родился 14 августа 1915 г. в г. Ростове-на-Дону. Отец - Жариков Василий Савельевич, после Великой Отечественной войны жил там же, в районе Новый городок. Женат, жена - Жарикова Анна Васильевна, во время войны также жила в Ростове-на-Дону. 

В Красную Армию призван 18 августа 1935 г. Ташкентским горвоенкоматом. 

Закончил Ташкентскую военную авиационную школу стрелков-бомбардиров.

Кандидат в члены ВКП(б) с 1941 года. 

В 1943 г. служил в 68 гвардейском истребительном  авиационном полку 5 гвардейской истребительной авиационной дивизии  Северо-Западного, затем 2-го Прибалтийского фронта. В декабре 1943 г. - гвардии капитан, заместитель командира эскадрильи 68 гв. истребительного авиаполка.
 
68 Гвардейский Клайпедский ордена Кутузова истребительный авиационный полк (ранее – 46 истребительный авиационный полк)

В 1939 - 1940 гг. полк принимал участие в освобождении Западной Украины и Бессарабии.

Перед войной полк базировался на аэродроме под  г. Дубно Ровенской области (Украина).

22 июня 1941 г. составе 14 смешанной авиадивизии ВВС Киевского особого военного округа (с началом войны - ВВС Юго-западного фронта) полк вступил в боевые действия против фашистской Германии и её союзников. На вооружении полка -  самолёты И-16 и И-153.

С 22 июня 1941 г. полк участвует в боях на Юго-Западном, Ленинградском,  Западном, Сталинградском, Северо-Западном и 2-м Прибалтийском фронтах.

В январе 1942 г. 46-й иап (будущий 68-й гв. иап)  выведен в тыл (в 22-й запасной полк, г. Иваново) для освоения английских самолетов  Hawker Hurricane («Харрикейн»). 24 мая 1942 г. полк приступил к боевой работе  на самолетах «Харрикейн» на Западном фронте.

28 июля 1942 г. выведен с фронта в 14 зиап МВО (г. Иваново) для переучивания на американские истребители P-40  Curtiss Kittyhawk («Киттихаук»). 
15 декабря 1942 г. полк приступил к боевой работе на самолетах «Киттихаук»  на  Северо-Западном фронте.

15 марта 1943 г. в воздушных боях под Старой Руссой  Аркадий Васильевич совершил подвиг, за который награждён орденом Красной Звезды. 

Из Журнала боевых действий 5 гв. иад (ЖБД, стр. 38):
«Дата: 15.3.43
Задача: Совместно с 8 Аэрокробрами  28 ГИАП  сопровождением прикрывали боевые действия Пе-2 в районе Крекша, Бол. Казанка.
Часть: 46 ИАП
Количество и тип самолётов: 4 "Киттихаук"
Звание и фамилия ведущего: Ст. лейтенант Жигалов
Время: Взлёт: 10:55. Посадка: 12:05
Результаты выполнения задачи: Задание выполнено. В 11:20-11:25 в районе западнее и северо-западнее Старая Русса встретили 4 ФВ -190 [FW-190], которые атаковали бомбардировщиков. "Киттихауки" вступили в бой, отражая атаки от бомбардировщиков. По докладу экипажей, наблюдали как 1 Пе-2 загорелся, экипаж выпрыгнул на парашютах и приземлился на восточном берегу оз. Ильмень. В результате воздушного боя ст. лейтенант Жариков сбил 1 ФВ -190, который загорелся в воздухе и упал северо-восточнее Старая Русса. Расход б/к:  к/к - 150. Не вернулись с боевого задания 3 Киттихаук: ст. лейтенант Жигалов, ст. сержант Кущенко, сержант Вельможко (по дополнительным данным с земли - погиб, самолёт упал в районе Красные Станки)».  

За подвиг во время воздушного боя Аркадий Васильевич Жариков награждён орденом Красной Звезды 21 августа 1943 г.:
«15 марта 1943 года при сопровождении 7-ми Пе-2 в район Старая Русса над целью бомбардировки подверглись атаке группы самолётов противника ФB-190. Ведущий группы самолётов "Киттихаук" гвардии старший лейтенант Жариков успешно отразил значительно превосходящие силы противника, дал возможность выполнить задачу нашим бомбардировщикам, а в завязавшемся воздушном бою лично сбил один самолёт противника ФB-190, который упал на передовой линии наших войск, что и подтверждено наземными войсками.
За смелость, отвагу, умелое сопровождение штурмовиков и бомбардировщиков, за сбитый самолёт противника ФВ -190 гвардии старший лейтенант Жариков достоин награды ордена «Красной Звезды»».

18 марта 1943 г. за образцовое выполнение боевых задач и проявленные при этом мужество и героизм 46 иап преобразован в 68 гвардейский истребительный авиационный полк. 239 иад преобразована в 5 гвардейскую истребительную авиадивизию.

В июне 1943 г. в боевых условиях полк начал освоение и перевооружение на американские истребители P-39 Airacobra («Аэрокобра»).

Осенью -зимой 1943 г. полк  участвовал  в Невельской наступательной операции (6.10.1943 - 10.10.1943) и в Преследовании Невельской группировки немцев ( ещё называют Преследование противника на Новосокольническом направлении, с 30.12.1943 по 8.01.1944 г.).
Аркадий Васильевич Жариков, ставший к этому времени гвардии капитаном и заместителем командира эскадрильи, воевал на «Аэрокобре» в небе над Невелем и Псковом.

15 декабря 1943 года после воздушного  боя в районе Ново-Сокольники (Псковская обл.) самолет гвардии капитана Жарикова не вернулся на аэродром. В Ростове-на-Дону семья получила известие о том, что А. В. Жариков «не вернулся с боевого задания». В полку он числился пропавшим без вести. 

Сбитый над территорией врага, Аркадий Васильевич Жариков попал в плен. Как большинство офицеров, скорее всего, был сначала отправлен в лагерь военнопленных для использования на принудительных работах в составе рабочих команд. 

Маутхаузен. Блок 20. 1944 - 1945

За непокорность, вероятно, за побеги и сопротивление нацистам в рабочих лагерях Аркадий Васильевич Жариков был переведён в категорию «узников К» (Приказ  Гиммлера К «Kugel » [пуля] от 4 марта 1944 г.) и отправлен в концлагерь Маутхаузен, Австрия. 
Приказ К предписывал переводить совершивших побег  и активно сопротивляющихся нацистам офицеров в Маутхаузен так, чтобы о них не осталось никаких сведений в книгах прибытия лагеря.  При запросах Красного Креста предписывалось сообщать, что узники «удачно бежали» из трудовых лагерей.  Глава СС хотел, чтобы наши офицеры бесследно исчезли из документов Вермахта. 

В персональных карточках военнопленных писали стандартные «шифрующие» фразы  «Geflüchtet und nicht wiederergriffen» («Сбежал и не пойман»), «Geglückte Flucht» («Удачный побег»). А также «Ins Zivilverhältnis entlassen» («Уволен в гражданское состояние») или «Aus der Gefangenschaft entlassen» («Освобожден из плена»).  Эти фразы указывали на официальный перевод заключённого из ведения Вермахта в ведение Гестапо/СС, что являлось необходимым условием для причисления к узникам К.
Для узников это означало медленную смерть от голода, болезней и издевательства в Блоке № 20.

Блок 20

С конца мая 1944 года узники К содержались в Блоке № 20 - «блоке смерти» в лагере смерти, который был отделен от остального лагеря высокой стеной с колючей проволокой под напряжением. Обычным узникам Маутхаузена было запрещено даже приближаться к этому блоку.
Невыносимые условия содержания узников были направлены на умерщвление от голода и болезней. Кормили их один раз в 2-3 дня, отбирали всю тёплую одежду, а иногда вообще всю одежду. Зимой весь день они должны были находиться на улице и выполнять «упражнения», которые придумывала бесчеловечная охрана. Перед тем, как зайти в помещения блока, немецкая охрана заливала из шланга полы холодной водой. Нар  в блоке не было. Люди спали на полу. В день погибало от 20 до 50-80 человек.

Аркадий Васильевич Жариков прибыл в лагерь и был помещен в Блок 20, вероятно, летом или осенью 1944 года. О его судьбе известно из воспоминаний выживших узников Блока 20 Владимира Шепети и Ивана Бакланова.  Они  прибыли в  Маутхаузен в августе 1944 года. 

Отчаянное восстание и невероятный побег 2 февраля 1945 г.

В рамках акции К с февраля 1944 по февраль 1945 года в концлагере Маутхаузен было убито около 5040 человек. Если первые жертвы были казнены сразу после прибытия в Маутхаузен, то с конца мая 1944 года  руководство СС решило собирать приговорённых к смерти в изолированный барак Блок 20, и медленно их там умерщвлять.

По разным данным, в конце января 1945 года в Блоке 20 в живых оставалось  от 570 до 760 человек. Почти все были офицерами, многие - боевыми летчиками.  Практически всех узников Блока 20 объединяло одно - несколько неудачных попыток побега или примеров неповиновения гитлеровской лагерной администрации в прошлом. В невыносимых условиях они оставались людьми чести и огромной храбрости. Отсюда, из деревянного мешка, окружённого колючей проволокой под напряжением, рвами с водой, пулемётными вышками и вышколенной охраной, они задумали побег. Его готовили заранее, но 25-27 января 1945 г. группу организаторов кто-то предал , офицеров схватили и расстреляли. 

Оставшиеся не покорились судьбе. Восстание было так хорошо продумано, что оставшиеся в живых организаторы, ещё сильнее сплотив людей, лишь немного перенесли дату. В нескольких источниках Аркадия Васильевича Жарикова называют одним из организаторов и руководителей восстания.

План восстания в 20-м блоке был детально разработан подпольным штабом, который возглавляли подполковник Николай Власов, полковники Александр Исупов и Кирилл Чубченков. Изначально штурм планировался на ночь с 28 на 29 января 1945 года, но был перенесён на ночь со 2 на 3 февраля из-за ареста и казни основного ядра организаторов.

Узники в течение нескольких ночей через щели в стенах барака наблюдали за поведением охраны. Было установлено, что смена часовых происходит в полночь и в два часа ночи; временем начала восстания был выбран час ночи, когда бдительность охраны была минимальной.

Первым этапом плана была бесшумная ликвидация «блокового» (старшины барака) и нейтрализация его помощников, чтобы они не успели поднять тревогу до начала массового выхода узников во двор.

Офицеры были разделены на несколько штурмовых групп. Три группы должны были одновременно штурмовать пулемётные вышки (обозначенные на схемах как A, B и C), еще одна группа предназначалась для прорыва через стену, а отдельный отряд должен был обеспечить поддержку больных и слабых узников.

Из-за отсутствия настоящего оружия узники использовали булыжники, вывороченные из мостовой двора, куски угля, эрзац-мыло, деревянные колодки с ног и обломки разбитых цементных умывальников.

Ключевая роль отводилась двум имевшимся в бараке пенным огнетушителям. Штурмовые группы должны были направить струи пены в лица пулемётчикам на вышках, чтобы ослепить их и дать товарищам время взобраться на вышки и захватить пулемёты.

Для преодоления колючей проволоки под напряжением узники планировали использовать намокшие одеяла и фуфайки, чтобы набросить их на провода и вызвать короткое замыкание. Дополнительно был изготовлен специальный шест (плинтус с привязанной кочергой) для замыкания проводов с земли. План также включал замыкание осветительной сети всего лагеря в месте, где провода проходили вблизи стены 20-го блока - чтобы погрузить Маутхаузен во тьму и не дать охране вести прицельный огонь.

После преодоления внешней стены и рва с водой узники должны были разбиться на малые группы по 2-4 человека и двигаться на север, в сторону чехословацкой границы, где фронт был ближе и была надежда на помощь местных партизан.

Несмотря на крайнее истощение офицеров - узников,  план восстания был реализован ими с высочайшей дисциплиной. 

В ночь со 2 на 3 февраля 1945 года, обезвредив некоторых охранников блока, вооружившись огнетушителями и булыжниками, измождённые, но не сломленные узники пошли на штурм лагерных заграждений.  Те, кто не мог  уже идти, лежачие, отдавали свою одежду шедшим на прорыв. Герои Блока 20 были вынуждены оставить на произвол гитлеровцев более 70 совсем истощённых и больных товарищей. Накинув мокрые одеяла на колючую проволоку, создав короткое замыкание, узники на плечах друг друга перебирались через заграждения и бежали.  

Обычные узники Маутхаузена, услышав  в предрассветной тьме громкое русское“Ура!”, не поверили своим ушам. Но это было правдой - там, в февральской темноте и стуже, шли на прорыв их товарищи, отдавая жизни в последнем неистовом рывке на свободу. 

По ранним, наиболее детальным воспоминаниям Владимира Шепети, капитан Аркадий Жариков руководил штурмовой группой, задачей которой был захват пулемётной вышки № 2 (вышка «B»).
Одну из вышек удалось захватить и пулемётными очередями положить остальных охранников на вышках. Огнём пулемёта наши офицеры сдерживали собиравшуюся эсэсовскую охрану, пока их товарищи штурмовали 3- метровую стену лагеря. 

«Мюльфиртельская охота на зайцев»

Узникам Блока 20 удалось одолеть охранников и совершить побег.  Около 80 человек остались лежать, скошенные пулемётными и автоматными очередями, но примерно 500 узников смогли выбраться с территории лагеря и устремились к  деревням - нужно было где - то спрятаться, найти одежду и еду.

Взбешенные эсэсовцы  кинулись в погоню. Эта беспрецедентная охота на беглецов, в которой участвовали не только СС и полицейские части, но и фольксштурм, и гитлерюгенд, и многочисленные австрийские гражданские лица, вошла в историю под названием «Мюльфиртельская охота на зайцев». Такое циничное название дали операции охранники лагеря, которые не могли поверить, что раздетые, босые, раненые и измождённые люди способны прорвать лагерную охрану и по февральскому снегу скрыться в полях.

Их искали с неистовством осатаневших. Прочёсывали каждый дом в окрестных деревнях, обыскивали каждый сарай. Протыкали железными щупами каждый стог сена. 

Найденных узников уничтожали на месте. Тела свозили в лагерь. Этот ужас видели другие пленные. Через неделю после побега комендант в присутствии других военнопленных цинично и самодовольно заявил: “Счёт сошёлся”, показывая, что найдены и уничтожены все бежавшие.  Среди заключённых воцарился траур. 

Счёт не сошёлся

Комендант соврал - несколько узников остались в живых после «Мюльфиртельской охоты на зайцев». От них потомки и узнали все подробности этой трагедии и этого невероятного подвига наших офицеров. По разным данным, в живых осталось от 11 до 19 человек, среди сбежавших - один надзиратель барака.

9  советских офицеров, оставшихся в живых, после войны встретились и рассказали об этой истории. 

По воспоминаниям выживших, Аркадий  Васильевич Жариков погиб в ночь восстания со 2 на 3 февраля 1945 года либо во время штурма вышки, либо в ходе последовавшей за этим карательной операции.

В Мемориальном зале Маутхаузена он  значится как известный в списках узников категории К, установленных австрийским историком Маттиасом Кальтенбруннером.

Бессмертие

В ночь восстания, около часа ночи со 2 на 3 февраля 1945 года, один из руководителей подполья (пожилой седовласый полковник или генерал интендантской службы) обратился к узникам, стоя на столе в бараке:
«Дорогие товарищи и братья! Я не имею никаких полномочий от нашего командования и Советского правительства, но я беру на себя смелость от их имени поблагодарить всех вас за то, что вы вынесли здесь, в этом аду, оставаясь настоящими советскими людьми. Вы не уронили чести и достоинства гражданина Советского Союза и солдата нашей великой армии. Теперь нам с вами остаётся выполнить до конца долг солдата и сразиться с врагом в последнем, смертном бою.

Тот, кому выпадет счастливая судьба вернуться домой, пусть расскажет людям о наших страданиях и борьбе. Пусть они сделают это во имя полной гибели фашизма... И пусть будет проклят тот, кто не сделает этого! Клянёмся, товарищи!

..Кто чувствует себя смелым, готовым на всё ради свободы, пусть берет любое оружие. В руках отважных простой булыжник обретает силу гранаты. Сейчас мы пойдём в наш последний бой и выстоим или погибнем, как подобает солдату!».

Аркадий Васильевич Жариков пошел в свой последний штурм с мужеством истребителя и с несгибаемой волей непокоренного. Рядом с ним пали его боевые товарищи, имён которых мы до сих пор не знаем. 

2 февраля 2026 года исполняется 81 год великому подвигу наших офицеров - восстанию в Блоке смерти концлагеря Маутхаузен.

Имена ваши неизвестны. Подвиг ваш бессмертен.

Вероятные узники К, Блок 20

Столяренко Георгий Константинович, 1914-1944/1945?  Лейтенант, заместитель командира эскадрильи 61-го штурмового авиационного полка.
Быков Александр Петрович, 1919-1944/1945?  Лейтенант, 28 А.